Членство в обществе, которое не доверяет авторитетам

Лайл Уэтерстон, пастор в Австралии, начинает любой разговор о членстве с простой фразы: без обязательств не бывает общности. Это понимают все: бариста в кофейне, школьный учитель, тренер в спортзале, сосед-атеист. Настоящая общность — это не поверхностное знакомство, а люди, каждый из которых играет свою роль, остаётся вместе в хорошие и плохие времена и объединён общей целью. Это очень похоже на поместную церковь. И у церкви есть для этого слово — членство.

Австралия, по словам автора, — красивая, процветающая и социально прогрессивная страна, где можно иметь всё. Но вместе с этим приходят и проблемы современного мира: связь со всеми и ни с кем, индивидуализм, потребительство, культура равенства, скептически относящаяся к власти и превозносящая независимость. Если членство идёт против этих национальных склонностей, нужно мудро объяснять его. Уэтерстон приводит пять причин, по которым оно необходимо. Многие из них звучат очень знакомо и для русскоязычных христиан, живущих в больших городах и на Западе.

Определить, что такое церковь

Понимают ли неверующие, посещающие вашу церковь, что они не её часть? Считают ли себя частью церкви дети, ещё не исповедовавшие Христа? А те, кто приходит раз в месяц? Многие церкви не хотят различать, кто внутри, а кто нет, опасаясь, что это немилосердно. Но тогда они невольно подтверждают христианство людей, которые, возможно, не знают Христа. В лучшем случае это поощряет христианство без всяких требований, в худшем — внушает, что редкое посещение делает человека христианином. Ясность и полезна, и милосердна.

Сохранить истину и признать добрую власть

Вторая причина — сохранение библейской истины. Автор убеждён, что Писание учит конгрегациональному устройству, при котором собрание членов может остановить руководителей, если те отступят от истины. Послание к Галатам написано церкви, допустившей ложное учение, и Павел обращается не к руководителям, а ко всей церкви: «кто благовествует вам не то, что вы приняли, да будет анафема» (Гал. 1:9). Если в церкви нет членства, механизм, которым церковь может отвергнуть ересь, просто отсутствует. Здоровое членство делает людей не пассивными потребителями, а активными защитниками веры.

Третья причина — признание доброй власти. Здоровый скептицизм отвергает дурную власть, но нездоровый не может распознать добрую. Мы видим добрую власть в хорошем браке, в мудром воспитании, в справедливой полиции, в хороших учителях. Бог хочет, чтобы христиане зрели под руководством благочестивых пресвитеров, служащих под Пастыреначальником Христом. Членство позволяет пресвитерам знать, за кого они дадут отчёт (Евр. 13:17).

Ученичество и единство

Четвёртая причина — ученичество. На вопрос, зачем вступать в церковь, автор советует пасторам смиренно признавать собственную нужду в членстве. Мы не эксперты в самих себе, наши сердца непостоянны и легко обманываются, и большая часть посланий Нового Завета не понадобилась бы, если бы мы справлялись сами. Бог дал христианам других христиан, обязавшихся служить в той же церкви. Пятая причина — единство и борьба с эгоизмом, индивидуализмом и потребительством. Членство требует активного участия в будущем церкви. Если хотите культуру равнодушия, отмените членство и отдайте всю власть немногим. Если хотите культуру самоотверженного служения, поставьте членство в центр. Оно помогает людям увидеть, что любить других и терпеть друг друга — тяжёлый труд, и не бросать церковь при первом разочаровании. Павел призывает: «Не о себе только каждый заботься, но каждый и о других» (Флп. 2:4).

Наш контекст

Русскоязычные христиане в эмиграции часто живут в похожей культуре: свобода выбора, много церквей рядом, привычка переходить из общины в общину при малейшем недовольстве, недоверие к руководителям, особенно у тех, кто пострадал от авторитарных пасторов. При этом в старших общинах иногда, наоборот, вся власть сосредоточена в руках немногих, а члены остаются пассивными. Пять причин Уэтерстона отвечают на обе проблемы. Членство защищает от потребительства и индивидуализма, а конгрегациональная ответственность членов защищает от злоупотреблений власти и ложного учения. Как и в Австралии, у нас нужно мудро и терпеливо объяснять, что членство — не формальность, а Божий путь к зрелости и единству.

Начать с себя

Самый сильный довод Уэтерстона, возможно, звучит в его совете пасторам говорить о собственной нужде. Когда пастор признаёт, что ему самому нужны братья, которые будут его ободрять, обличать и поддерживать, членство перестаёт выглядеть как инструмент контроля сверху. Оно становится общим путём для всех, включая руководителей. Это особенно важно в культуре, где люди с подозрением относятся к власти: они скорее поверят смиренному пастырю, чем авторитетному администратору.

Для наших церквей