Обращение к Богу: единственное, необходимое и сверхъестественное

Между собраниями к пастору подходит восьмилетняя девочка и спрашивает, как стать христианкой. Через несколько дней приходит вежливый жених дочери диакона и рассказывает, как ему стало легче, когда студенческий служитель сказал, что буддизм совместим с христианством. Шейн Уокер открывает рецензию на книгу Дэвида Уэллса этими двумя случаями. Они кажутся несовместимыми, но сходятся в одном вопросе: что происходит, когда грешник обращается к Богу, и как пастору помочь и ребёнку, и запутавшемуся взрослому покаяться и уверовать в Господа Иисуса Христа?

Подзаголовок книги определяет обращение как единственное, необходимое и сверхъестественное. Это трезвая работа, отстаивающая нечто основополагающее: без подлинного обращения нет спасения. С Божьей точки зрения всё человечество отчуждено от Него грехом, и преодолеть это отчуждение можно лишь верой в примирительное дело Христа. Духовно существуют только две категории: спасённые и погибающие, верующие и неверующие, в Царстве Христа или в царстве тьмы. Обращение есть отвращение от греха и упование на Сына Божьего.

Что такое обращение, решает Слово Божье. Психология, социология и философия могут дать полезные описания, но реальность обращения определяет Библия. В ней Бог говорит, кто Он и кто мы: Он святой Бог, а мы мятежники, отвернувшиеся от Него, и Он должен обратить нас. Уэллс приводит молитву Ефрема у Иеремии: обрати меня, и обращусь (Иер 31:18). Обращение — не человеческое достижение, а Божье действие, на которое человек отвечает покаянием и верой.

Уэллс различает обращение внутренних и внешних. Внутренние — те, кто ещё до обращения разделяет многие христианские убеждения; прежде всего это дети, выросшие в церкви, но не покаявшиеся и не уверовавшие. Внешние — люди, почти ничего не знающие о христианстве и нуждающиеся в том, чтобы отказаться от большого набора верований и практик: светские люди, буддисты, индуисты, мусульмане, иудеи. Для обеих групп есть свои угрозы библейскому пониманию обращения.

Среди своих одна угроза — обращение без полного поворота к Богу, сведённое к решению за Бога. Варианты предложены, товар куплен, но этот товар часто не полное библейское Евангелие, а блестящая безделушка, похожая на него, которая повышает самоуважение, но не любовь к Богу. Другая угроза — размытое мышление, при котором христианство превращается в психологическое переживание и эмоциональное утешение, а не в примирение со святым Богом через Христа. Уэллс считает, что библейский взгляд требует ясных границ между истиной и ложью, хотя и включает отношения.

Размытое мышление угрожает и обращению внешних, когда недооцениваются различия между христианством и современными формами иудаизма и ислама. Опираясь на Послание к Евреям, Уэллс показывает, что сходство монотеистических религий создаёт величайшую опасность неполного и недействительного обращения: искушение синкретизма и компромисса не уменьшается, а возрастает, особенно у новообращённых, на которых давит культура. Восточные религии, где Бог мыслится как непостижимое и неопределимое, почти рефлекторно отвергают исключительные притязания Библии, и здесь нужны великое терпение и вдумчивость.

Книга писалась до распада Советского Союза, и часть её посвящена марксизму. Это может показаться устаревшим, но материализм жив и в теории, и в практике, которая просто игнорирует Бога. Современность породила самовлюблённого человека, замкнутого в собственном мире, которому продают всё новые красочные переживания в еде, одежде, путешествиях, сексе, спорте и религии. Такому человеку нужно встретиться с Богом как с Другим, Который вне нас, Которого мы встречаем не как одно из наших переживаний. Обращаясь, он получает назад полноту человечности, потому что возвращается к Тому, Кто его сотворил.

Все, кто остаётся отвернувшимся от Бога, будь то номинальный прихожанин, восточный мистик или искренний, но не знающий Христа монотеист, подвергнутся наказанию, вечной погибели, от лица Господа и от славы могущества Его (2 Фес 1:9). Поэтому церковь должна со страхом и тщательностью возвещать обращение как единственное, необходимое и сверхъестественное. Уокер горячо рекомендует книгу всем, особенно пасторам: помочь людям обратиться к Богу требует продуманной подготовки ещё до того, как они появятся в кабинете или на пороге.

Наш контекст

Наши общины во многом знают обе группы Уэллса. Среди своих — дети верующих семей, которые с детства знают Библию и песни, иногда крестились по традиции, но не пережили подлинного покаяния. Среди внешних — люди с советским материалистическим воспитанием, номинальные православные, мусульмане из Средней Азии и Кавказа, увлечённые восточной духовностью и эзотерикой. Каждой группе нужно одно и то же Евангелие, но с разным вниманием к тому, от чего человеку предстоит отказаться.

Пресвитерам стоит учить общину, что обращение — не просто поднятая рука или повторённая молитва, а поворот всей жизни к Богу, совершаемый Духом через Слово. Нужно терпеливо проверять понимание Евангелия у тех, кто хочет креститься, особенно у детей церкви, и бережно сопровождать новообращённых из иной религиозной среды, помогая им отделить веру во Христа от смешения с прежними убеждениями.