Проповедник как мастер замков: как открыть сердце для трудной истины

Грег Гилберт рассказывает, что в его церкви каждое воскресенье поздно вечером проходит разбор богослужения, где подробно обсуждают проповедь старшего пастора Марка Девера: почему ты это сказал? о чём думал? было ли это в записях? За годы Гилберт научился угадывать ответы, но иногда уносит с собой настоящее золото. Так было после проповеди на учение Иисуса об аде в Мк. 9.

Девер начал проповедь с размышления о том, как современные люди ненавидят, когда их побуждают страхом. Действовать из страха перед последствиями кажется унизительным, примитивным, недостойным. Известная фраза о том, что бояться стоит только самого страха, стала почти национальным девизом и удобным поводом отмахнуться от любого предупреждения.

И всё же именно об этом отрывок. Иисус говорит: лучше тебе увечному войти в жизнь, нежели с двумя руками идти в геенну, в огонь неугасимый (Мк. 9:43). Мы должны содрогаться при мысли о Божьем гневе, и это должно побуждать нас каяться и верить во Христа. Страх ада не единственное побуждение к этому, но несомненно одно из них. Сам Христос говорит: бойтесь более Того, Кто может и душу и тело погубить в геенне (Мф. 10:28).

Как же донести эту истину до тех, кто с первого слова готов отмахнуться от проповедника как от запугивателя? Поэтому, объяснил Девер, он и посвятил вступление тому, чтобы высветить это неосознанное, полное отвержение страха как побуждения, а затем задать вопрос: а что если бояться действительно есть чего? Цель была помочь людям пересмотреть свою мгновенную реакцию и, быть может, приоткрыть дверь, чтобы они услышали предупреждения Иисуса.

Девер сказал, что чувствовал себя мастером по вскрытию замков, который должен открыть дверь, чтобы истина вошла в сердце. Гилберт считает этот образ замечательным: он указывает на важную задачу проповедника. Готовя проповедь, стоит спрашивать себя: какие умственные, эмоциональные или культурные твердыни помешают этим людям услышать истину, которую я собираюсь проповедовать? Что я могу сделать, чтобы убрать эти препятствия? Какие замки стоят между этой истиной и сердцами слушателей, и как их открыть?

Павел описывает своё служение похожим образом: оружие воинствования нашего не плотское, но сильное Богом на разрушение твердынь, ниспровергаем замыслы и всякое превозношение, восстающее против познания Божия (2 Кор. 10:4–5). Проповедник не может сам изменить сердце, это дело Духа. Но он может, как Павел в Афинах, начать с того, что знакомо слушателям, и показать, где их убеждения не выдерживают проверки (Деян. 17:22–23).

Важно, что Девер не смягчает истину и не убирает трудное слово. Он не перестаёт говорить об аде, чтобы не задеть слушателей. Он делает обратное: честно называет предубеждение и помогает людям посмотреть на него со стороны, чтобы затем ясно провозгласить то, что сказал Христос. Это не манипуляция, а забота о том, чтобы слушатель действительно услышал Слово, а не отбросил его, не дослушав.

Этот навык требует знания людей. Проповеднику нужно понимать, чем живут его слушатели, какие лозунги культуры они впитали, какие раны мешают им принять ту или иную истину. Поэтому пастырское общение в течение недели и проповедь в воскресенье связаны: кто знает овец, тот знает и их замки.

Наконец, проповеднику нужно помнить о смирении. Даже самое удачное вступление не обращает сердца: замок окончательно открывает только Господь, как Он отверз сердце Лидии, чтобы она внимала говоримому Павлом (Деян. 16:14). Поэтому подготовка к проповеди включает не только поиск слов и образов, но и молитву о том, чтобы Дух сделал слушателей способными принять истину, даже ту, от которой они привыкли отворачиваться.

Наш контекст

У славянских слушателей свои замки. Для одних это советское наследие: недоверие к любым авторитетам и привычка считать религию пережитком. Для других, выросших в церкви, это привычность: они слышали истину столько раз, что она уже не трогает. Для молодёжи в эмиграции это западный индивидуализм и терпимость, при которой любое строгое слово кажется нетерпимостью.

Проповеднику стоит при подготовке спрашивать, какой замок стоит перед этим текстом в сердцах его конкретной церкви, и честно называть его во вступлении. Так трудные истины о грехе, суде, покаянии и святости будут не отброшены, а услышаны.

Для наших церквей