Неожиданная ценность «неглубоких» дружеских связей в церкви

В школе Дэнни Д’Аквисто не был близким другом своего товарища по футбольной команде. Они не ходили друг к другу домой и не знали родителей друг друга. Но их связывало особое: они вместе тренировались и вместе боролись за общую цель. Он до сих пор помнит его в кругу игроков, усталого и потного, с решимостью в глазах. Д’Аквисто считает, что большинство наших отношений в церкви устроены так же. Глубокая близкая дружба у нас будет лишь с немногими. С остальными мы знакомы по имени и в лицо, иногда коротко говорим и регулярно разделяем что-то важное для обоих. Это нормально. Более того, такие менее личные связи — назовём их церковными знакомствами — жизненно важны для здоровья церкви и продвижения Евангелия.

Почему мы их недооцениваем

Д’Аквисто помогал насаждать церковь, в которой служит пастором. Церковь всегда подчёркивала осмысленное членство. Вначале все знали друг друга, каждый новый член рассказывал собранию своё свидетельство, собрания проходили по домам. Но когда церковь выросла, некоторые спросили: а осмысленно ли наше членство теперь? Богословие и философия служения не изменились, но осмысленность членства связали со знанием каждого лично. Менее личные отношения казались компромиссом, а попытки дружить глубоко со всеми новыми членами изматывали. Д’Аквисто видит здесь влияние современного индивидуализма и жажды «подлинности»: мы измеряем здоровье отношений степенью откровенности и с подозрением относимся к связям, где не принято раскрывать душу. Мы их избегаем и не учимся их развивать. А церковь страдает, потому что именно такие связи часто становятся почвой для глубоких и сами по себе очень ценны.

Почему они важны

Представьте тысячи людей в притворе Соломоновом (Деян. 5:12): иудеи и, возможно, язычники, богатые и бедные, местные и чужеземцы, мужчины, женщины и дети, собравшиеся объявить, что Иисус — Царь всего творения. Силу этому собранию давала не эмоциональная глубина отношений каждого с каждым. Они не знали распорядка, истории и страхов всех присутствующих. Но все знали распятого и воскресшего Христа и все созидались в новый живой храм (Еф. 2:21–22; 1 Пет. 2:4–5). Наше членство осмысленно не потому, что мы знаем каждого члена, а потому, что каждый знает Христа и вместе с другими преображается в Его образ. Нас связывает не ощущение близости, а Тело и Кровь Иисуса.

Мы привыкли спрашивать, что лучше для отдельного христианина, и тогда глубокие ученические отношения важнее всего. Но редко спрашиваем, что лучше для всей церкви. С этой точки зрения церковные знакомства незаменимы: они превращают церковь во взаимосвязанную сеть, где ваш знакомый — чей-то близкий друг, и наоборот. Если же их не ценить, культура церкви становится закрытой. Гость увидит, что люди здесь знают и любят друг друга, но решит, что места для него нет. Если стать частью команды можно только через глубокую дружбу, многие так и не войдут.

Как воспитать такую культуру

Д’Аквисто предлагает четыре шага. Первый — проповедовать о духовном значении собрания. Пасторы всегда говорят ко всей церкви, поэтому стоит применять Писание и к широкому кругу отношений: подумайте о других людях в зале и о том, что этот текст значит для ваших отношений с ними. У Иисуса есть команда, и все её члены носят одну форму. Второй — подчёркивать общие обязанности церкви: регулярно собираться (Евр. 10:25), принимать и исключать членов (Мф. 18:15–20), избирать служителей (Деян. 6:3), подчиняться им (Евр. 13:17), щедро жертвовать (2 Кор. 8–9), посылать миссионеров (Деян. 13:1–3). Общее важное дело связывает людей, даже малознакомых: «я мало знаю эту сестру, но мы вместе несём ответственность вязать и решить во имя Иисуса». Третий — оказывать гостеприимство новым людям. Пресвитеры снаряжают святых (Еф. 4:12), и не случайно страннолюбие — требование к ним. Проводите время не только с теми, кого знаете и любите, а с гостями и новыми членами, беря с собой давних членов. Четвёртый — ждать. Такие связи, как и глубокая дружба, требуют времени, и связать церковь воедино может только Господь.

Для наших церквей

Славянские общины часто держатся на узком кругу близких семей, родственников и земляков. Для своих это тепло, но для новых людей, особенно другой национальности или поколения, такая церковь может казаться закрытым клубом. Д’Аквисто напоминает, что простое приветствие, короткий разговор после собрания и общее служение — не поверхностность, а настоящая ткань церковной жизни.