Проповедь об аде — это запугивание?

Проповедь об аде называют манипуляцией, запугиванием, тактикой страха. Марк Девер приводит мнение журналиста-атеиста Энтони Грейлинга, который упрекал христианство в том, что оно веками использовало страх перед адом как средство контроля, а теперь, приспосабливаясь к рынку, отбросило неудобные учения об аде и о том, что немногие спасутся, и заменило их мягкой музыкой и сладкими улыбками. Средневековый монах, проснувшись сегодня, по словам Грейлинга, не узнал бы свою веру. Девер замечает, что этот взгляд неверующего отражает наше современное смущение перед непопулярными словами Иисуса о страшном будущем и, возможно, нашу готовность сдаваться культурным нормам.

Почему мы презираем страх

Общество не любит, когда им движет страх. Страх кажется ненадёжным проводником, чем-то примитивным, почти животным, неразумным. Неразумные страхи мы называем фобиями, а фобии жалеют и не принимают всерьёз. Страх силён, признаём мы, но он иррационален и делает нас уязвимыми для манипуляций, поэтому мы его не любим.

Но страх работает

Парадокс в том, что все знают, насколько страх полезен, и пользуются им. Басни Эзопа предупреждали о судьбе ленивых, мудрецы противопоставляли благополучие праведных бедности нечестивых, родители предостерегают детей от опасностей и дурных друзей, учителя объясняют, к чему приводит неграмотность. Страх продаёт: мы покупаем безопасные машины, страховку, витамины, сигнализацию. Политическая реклама рисует мрачные картины на случай победы соперника. Мы делаем вид, что презираем страх, но постоянно им пользуемся.

А если бояться действительно есть чего

Конечно, хорошо учить детей не пугаться теней и остерегаться тех, кто продаёт что-то, играя на страхе. Но что, если бояться действительно есть чего? Что, если наши поступки имеют последствия, и не все они хороши? Общество принимает предупреждения об объективных опасностях: мост впереди разрушен, курение убивает. Но допустимо ли говорить о страхе в вопросах Бога, души и вечности? Нам может не нравиться эта мысль, но наше недовольство никогда не было надёжным признаком ложности. То, что нам что-то неприятно, не делает это неправдой.

Иисус знал, чего следует бояться: вечности в аду. Он говорил ученикам, что лучше войти в жизнь увечным, чем с двумя руками быть ввергнутым в геенну, где червь не умирает и огонь не угасает (Мк. 9:43–48). И ещё: «Говорю же вам, друзьям Моим: не бойтесь убивающих тело и потом не могущих ничего более сделать; но скажу вам, кого бояться: бойтесь того, кто, по убиении, может ввергнуть в геенну: ей, говорю вам, того бойтесь» (Лк. 12:4–5). Иисус призывает бояться ада и бояться Бога, имеющего власть ввергнуть в ад.

Пасторы, не бойтесь говорить о страхе

Жить без страха в этом проклятом и падшем мире — иллюзия. Каждый чего-то боится, вопрос лишь в том, чего. Девер призывает пасторов не поддаваться культурным представлениям о том, чего следует и чего не следует бояться, и не обманываться насмешками культуры над страхом: насмешники тоже боятся. Вместо этого нужно следовать Иисусу и предупреждать людей о страшном будущем, которое ожидает тех, кто не покается и не поверит во Христа.

Важно понимать и то, чем такая проповедь отличается от манипуляции. Манипулятор использует страх ради своей выгоды и преувеличивает опасность; верный проповедник говорит о реальной опасности ради спасения слушателя и указывает на единственное убежище, Христа. Предупреждение об аде всегда должно вести к Евангелию: к Тому, Кто понёс гнев вместо грешников. И страх, который приводит ко Христу, в Нём сменяется любовью, ведь «совершенная любовь изгоняет страх» (1 Ин. 4:18).

Для наших церквей

Сам Новый Завет не стесняется говорить о страхе Божьем как о правильном мотиве. Павел пишет коринфянам, что, зная страх Господень, мы вразумляем людей, а Послание к Евреям предупреждает, как страшно впасть в руки Бога живого. Такой страх не противоречит любви: он признаёт истинное величие Бога и серьёзность греха. Церковь, которая забыла о нём, теряет и благоговение в поклонении, и настойчивость в благовестии.

Наши церкви знают и другую крайность: проповеди, в которых страх стал главным средством удержания людей, а Евангелие благодати звучит слабо. Поэтому важно соблюдать равновесие. Не молчать об аде и суде, как будто их нет, ведь это было бы жестоко по отношению к неверующим. Но и не использовать страх для того, чтобы держать членов церкви в послушании служителям. Пресвитерам полезно проверить свою проповедь: звучат ли в ней ясно и предупреждение о суде, и призыв к Спасителю, и уверенность для тех, кто во Христе.