Небо в истории Библии: от Эдема до нового Иерусалима

Многие христиане знают о небе по нескольким разрозненным стихам: разлучиться с телом значит водвориться у Господа (2 Кор. 5:8), быть со Христом несравненно лучше (Флп. 1:23), Иисус пошёл приготовить нам место (Ин. 14:2–3). Это драгоценные истины для странников, идущих к могиле. Но Сэм Эмади спрашивает: играет ли небо роль в общей сюжетной линии Писания, от творения через грехопадение и искупление к новому творению?

Он признаётся, что, открыв для себя библейское богословие, понял очевидное: конечная цель христианина не небо, а восстановление, воскресшие тела на новой земле. Но тогда неясно стало, как вписать в библейскую историю небо как место промежуточного состояния между смертью и воскресением. Ответ Эмади начинается с первого стиха Библии: «В начале сотворил Бог небо и землю» (Быт. 1:1). Небо здесь не только небосвод, но и святая обитель Бога и ангелов, а соединённые вместе небо и земля обозначают всё творение, в котором есть две различные области.

Эти области различны, но тесно связаны. Моисей строит скинию по образцу, показанному на горе (Исх. 25:40), и Послание к Евреям объясняет, что земное святилище служило образу и тени небесного (Евр. 8:5). Небесное святилище есть прообраз, земное его копия. Но скиния ещё и уменьшенный Эдем: её украшают плодовые деревья, херувимы и золото, священники должны хранить её, как Адам возделывал и хранил сад (Быт. 2:15; Чис. 3:7–8), а наставления о скинии, как и рассказ о творении, состоят из семи речей Бога и завершаются субботой.

Смысл этих соответствий Эмади выражает мыслью одного исследователя Левита: вселенная есть большой храм, а храм есть малая вселенная. И сад, и храм созданы как отражение небесного святилища. Даже брачный завет и сыновнее отношение Адама к Богу отражают небесные реальности. Более того, Эдем был местом, где небо и земля пересекались: сад находился на горе (Иез. 28:13–14), и Адам наслаждался присутствием Божьим. Задача человека состояла в том, чтобы, плодясь и владычествуя (Быт. 1:28), распространить это святилище на всю землю. Цель творения состояла в соединении неба с землёй.

Грехопадение изгоняет человека из горного святилища. Херувимы на востоке от Эдема охраняют путь к древу жизни (Быт. 3:24), а дальше книга Бытия показывает всё большее удаление: Каин уходит на восток и строит свой город, строители башни идут на восток, туда же уходит Лот. В Вавилоне люди пытаются своими силами снова соединить небо и землю, построив башню высотою до небес и сделав себе имя (Быт. 11:4). Но их рукотворная гора так ничтожна, что Господь должен сойти, чтобы её увидеть (Быт. 11:5). Если небо и земля соединятся вновь, действовать должен Бог.

И Бог действует. Строителям, желавшим сделать себе имя, Он противопоставляет призвание Аврама, которому обещает возвеличить его имя (Быт. 12:2). Аврам строит жертвенники, маленькие горы, словно предвидя, что Ханаан станет новым Эдемом. Иаков видит лестницу, по которой восходят и нисходят ангелы, и Господа наверху, и называет это место вратами небесными (Быт. 28:12–17). На Синае Моисей, Аарон и семьдесят старейшин видят Бога Израилева и под ногами Его словно сапфирный помост (Исх. 24:9–11). Вершина Синая становится полом небесного престола.

Но такие места почти недоступны: на гору поднимаются немногие, во святое святых первосвященник входит лишь раз в году (Евр. 9:7). Нужно нечто большее. И вот Царь с неба сходит на землю. В Своём лице Иисус соединяет небо и землю: Слово стало плотью и обитало с нами, буквально поставило шатёр среди нас (Ин. 1:14). Нафанаилу Он обещает, что тот увидит небо отверстым и ангелов, восходящих и нисходящих к Сыну Человеческому (Ин. 1:51). Иисус и есть лестница Иакова. Теперь небо и земля встречаются не в месте, а в Личности.

Поэтому Иисус возвещает: приблизилось Царство Небесное (Мф. 4:17). Где же форпосты неба на земле сегодня? В общинах, которые Христос созидает под Своим правлением, то есть в поместных церквях. Ученики живут для славы Отца небесного, собирают сокровища на небе, произносят на земле небесные решения (Мф. 18:18) и молятся, чтобы воля Божья была и на земле, как на небе (Мф. 6:10). Когда двое или трое собраны во имя Христа, Он посреди них (Мф. 18:20). Эмади вспоминает слова Джонатана Лимана: когда собирается поместная церковь, география неба видимо, хотя и временно, проступает на земле.

Но эти небесные выступы на земле полны грешников. Как они могут быть местом встречи с небом? Ответ в жертве Христа, Которая не только понесла гнев вместо грешников, но и очищает творение от осквернения. Небесное само должно было очиститься лучшими жертвами (Евр. 9:23), и Бог через Христа примирил с Собою всё, и земное, и небесное, умиротворив кровию креста (Кол. 1:20). Теперь мы граждане неба (Флп. 3:20) и приступили к горе Сиону, к небесному Иерусалиму (Евр. 12:22). А в конце Иоанн видит святой город, нисходящий с неба на землю, невесту Агнца в форме совершенного куба, как святое святых, и в нём нет храма, ибо храм его сам Господь и Агнец (Откр. 21:10–22). Небо пришло на землю, и всё творение стало жилищем Бога.

Наш контекст

В славянской евангельской традиции много песен о небе как о родине и покое после трудной жизни, и это утешение многих поколений, переживших гонения и бедность. Но иногда надежда сужается до ухода из мира, а воскресение тела и новая земля почти не упоминаются. Библейская история неба помогает вернуть полноту: небо сейчас есть место, где верные со Христом, а окончательная надежда в том, что Бог соединит небо и землю.

Это меняет и взгляд на церковь. Собрание поместной общины не просто встреча верующих, а место, где на земле уже видна небесная реальность. Поэтому порядок, святость, любовь и дисциплина в церкви важны: мы показываем миру, как будет выглядеть небо, сошедшее на землю.

Для наших церквей