Ресурсы о библейском руководстве церковьюО проектеКнигиКонтакты

Статьи / Проповедь

Уроки худшей проповеди: где были крест и воскресение?

Источник: Майк Маккинли, «Lessons from the Worst Sermon I Ever Heard», 9Marks, 16 апреля 2018

Есть полный перевод оригинала ↓

Это не перевод, а самостоятельная статья с нашими пастырскими замечаниями и практическими шагами для поместной церкви. Права на оригинал принадлежат его автору.

Майк Маккинли старается не слушать чужие проповеди с критическим духом. Он знает, сколько невидимого труда стоит за хорошей проповедью и как иногда, несмотря на все усилия, она получается не такой, как задумано. В гостях он старается быть максимально доброжелательным к проповеднику. Но одно лето, проведённое в творческом отпуске, изменило его взгляд на многое.

За лето он посетил много церквей. Все они верны Христу, их пасторы любят Бога и Евангелие и хотят, чтобы люди приходили к вере. Все проповеди содержали истинные и полезные вещи. И всё же к концу лета Маккинли пришёл к выводу, что с евангельской проповедью что-то очень не так. Его заметки звучат тревожно.

Меньше половины проповедей упомянули, что Иисус умер на кресте. Ни один проповедник не объяснил, что такое грех и почему нам нужно спасение от него. Лишь один раз за три месяца было сказано, что Иисус воскрес. Когда в конце собрания проповедник приглашал выйти вперёд и принять Христа, Маккинли не понимал, зачем кому-то это делать, если судить только по проповеди.

Он задавался вопросами, которые возникли бы у неверующего слушателя. Каков смысл жизни Иисуса? Зачем Он умер? Он всё ещё мёртв? Почему мне нужно спасение? Могу ли я заработать его сам? Что происходит после того, как я отдал жизнь Иисусу? Проповеди не давали ответов. Они предполагали, что слушатели уже знают Евангелие, а это далеко не так.

Павел ставил смерть и воскресение Христа в центр: Он «предан за грехи наши и воскрес для оправдания нашего» (Рим. 4:25). Без этого нет христианства. Апостол говорил, что если Христос не воскрес, то проповедь наша тщетна (1 Кор. 15:14). Проповедь, которая молчит о кресте и воскресении, может быть полезной, но не является проповедью Евангелия.

Первый урок Маккинли: нельзя предполагать, что слушатели знают Евангелие. В любой церкви есть гости, дети, новообращённые, люди, выросшие в церкви, но так и не понявшие главного. Даже зрелые верующие нуждаются в напоминании. Ясное изложение Евангелия должно звучать регулярно, а не считаться само собой разумеющимся.

Второй урок: нужно объяснять грех. Без понимания греха Евангелие теряет смысл. Если человек не знает, что он виновен перед святым Богом, то зачем ему Спаситель? Многие проповеди говорят о проблемах, боли, трудностях, но не о грехе как мятеже против Бога. Тогда Иисус становится помощником в трудностях, а не Спасителем от гнева.

Третий урок: воскресение — не пасхальная тема, а сердце веры. Многие проповедники говорят о воскресении раз в год. Но Новый Завет постоянно возвращается к нему. Воскресение доказывает, что жертва принята, что Христос жив и царствует, что у верующих есть надежда. Без него вера бессильна. Оно должно звучать в проповеди гораздо чаще.

Четвёртый урок: призыв должен вытекать из проповеди. Если проповедь не объяснила, кто такой Христос и что Он сделал, призыв к выходу вперёд бессмыслен или манипулятивен. Человек может откликнуться из эмоций, не понимая, на что откликается. Призыв к вере и покаянию должен опираться на ясное изложение того, во что верить и от чего отвернуться.

Маккинли признаётся, что это лето заставило его посмотреть и на свои проповеди. Легко критиковать других, но не так легко заметить те же упущения у себя. Он стал проверять каждую проповедь: объяснил ли я, кто такой Бог, что такое грех, что сделал Христос, как нужно ответить? Эти вопросы не делают проповеди одинаковыми, но гарантируют, что в них есть главное.

Его вывод: верность Евангелию нельзя принимать как данность. Даже хорошие церкви с добрыми пасторами могут постепенно потерять ясность. Это происходит не из-за отступления, а из-за предположения, что все и так всё знают. Ясное Евангелие нужно проповедовать снова и снова.

Наш контекст

В славянских церквах традиционно звучит призыв к покаянию, и это сильная сторона. Но иногда проповедь сосредоточена на нравственности или на конце времён, а крест и воскресение упоминаются вскользь. Вопросы Маккинли полезны для самопроверки каждого проповедника.

Особенно важно помнить о детях и молодёжи, выросших в церкви. Они много раз слышали призыв, но не всегда понимают, что такое грех и что сделал Христос. Ясное объяснение Евангелия нужно им не меньше, чем гостям.

Для наших церквей

Практическое применение для пастырей сегодня

  1. Проверяйте каждую проповедь: объяснены ли Бог, грех, дело Христа и ответ веры (Рим. 4:25).
  2. Объясняйте грех как мятеж против святого Бога, а не только как источник проблем.
  3. Говорите о воскресении Христа не только на Пасху (1 Кор. 15:14).
  4. Делайте призыв к вере только на основании ясно изложенного Евангелия.
  5. Помните о детях, выросших в церкви: им тоже нужно ясное объяснение Евангелия.

Источник: Майк Маккинли, «Lessons from the Worst Sermon I Ever Heard», 9Marks, 16 апреля 2018

Полный перевод оригинала

Уроки худшей проповеди, которую я когда-либо слышалМайк Маккинли · нажмите, чтобы открыть перевод

Я стараюсь взять за правило не слушать чужие проповеди с критическим духом. В конце концов, я знаю, сколько невидимой работы стоит за написанием хорошей проповеди. И я также знаю, как порой, несмотря на все твои старания, задуманная проповедь получается не совсем такой, как ты надеялся. Поэтому, когда я бываю в других церквях, мое сердце расположено к тому, чтобы быть как можно великодушнее к проповеднику и его трудам.

Прошлое лето я провел в творческом отпуске, так что у меня была возможность послушать много проповедей в самых разных церквях. Все церкви, которые я посещал, — и все пасторы, служащие в них, — верны Христу. Насколько я могу судить, они любят Бога, любят Его Евангелие и горячо желают, чтобы люди приходили ко Христу с верой. Во всех проповедях, которые я слышал, были истинные, обличающие и полезные вещи, которые слушателям нужно знать, во что нужно верить и по чему нужно поступать.

Но к концу лета я пришел к выводу, что с большой частью евангельских проповедей что-то очень не так. Вот мои неформальные заметки за лето:

  • Менее чем в половине проповедей упоминалось, что Иисус умер на кресте.
  • Ни разу ни один проповедник не объяснил, что такое грех и почему нам нужно спасение от него.
  • Лишь однажды за три месяца проповедник упомянул, что Иисус воскрес из мертвых.

Должен признаться, что, когда служение заканчивалось и проповедник приглашал людей выйти вперед, чтобы принять Христа, я понятия не имел — если исходить только из проповеди, — зачем кому-то это делать. У меня оставались вопросы: в чем смысл жизни Иисуса? Какова цель Его смерти? Он до сих пор мертв? Почему мне нужно спасение? Не мог бы я просто заработать свое спасение сам? Что происходит после того, как я «отдам свою жизнь Иисусу»?

Повторю: я думаю, что все эти пасторы и большинство людей в этих церквях любят Иисуса. Проблема в том, что они исходят из того, будто все остальные уже знают всю историю Библии. В конце концов, рассуждают они, эти люди в церкви, а людям в церкви не нужно неделю за неделей объяснять грех, Иисуса или воскресение; их нужно лишь ободрить, наставить и отправить в мир.

Но задумайтесь на секунду о том, каких учеников создает такая проповедь. Если люди неделю за неделей питаются столь скудной духовной пищей, их понимание того, что значит быть христианином, со временем непременно исказится. Это окрасит то, как они читают Библию в четверг утром. Это повлияет на то, как они обращаются к Писанию, когда у них возникает проблема.

Итак, вот главная мысль этой статьи: противоядие от такой проповеди — приверженность библейскому богословию. Нашим церквям нужен такой подход к проповеди и ученичеству, который всерьез принимает всю историю Библии. Нам нужно регулярно применять библейское богословие в своем служении, чтобы понимать и точно передавать весть любого текста, которому мы учим.

Худшая проповедь, которую я когда-либо слышал

Здесь я мог бы привести вам множество примеров людей, которые прекрасно справляются с этим, но что в этом интересного? Вместо этого позвольте рассказать вам о худшей проповеди, которую я когда-либо слышал, и о том, как немного библейского богословия могло бы ее исправить. Ее произнес на мужской конференции известный на всю страну проповедник с хорошей репутацией в евангельских кругах.

В качестве отправной точки проповедник взял историю из Быт. 18, где Авраам торгуется с Богом о судьбе Содома. Из нее он выводит урок: Бог ищет в вашей семье одного праведного мужчину. Так же как Он осматривал Содом в поисках праведников, Он наблюдает за вашим домом и ищет праведного мужчину. Применение было ясным: вы должны быть этим мужчиной; вам следует перестать оправдываться и перестать быть эгоистичным и незрелым.

Чтобы было ясно: все, что я знаю об этом проповеднике, говорит мне, что он верит в Евангелие. Он гораздо более сильный оратор, чем когда-либо буду я, и его проповеди увлекательны, остроумны и богаты иллюстрациями. И все, включая меня, вышли из того зала с желанием быть лучшими мужчинами.

Именно это и сделало ее такой плохой проповедью.

Оставим на минуту вопрос о том, отдала ли весть проповедника должное тому, о чем на самом деле Быт. 18 (подсказка: не отдала), и сосредоточимся на еще более важном вопросе: была ли это вообще христианская проповедь? Разве «старайся усерднее, становись лучше» — не та весть, которую могут принять наши друзья-мусульмане и буддисты? Неужели весть христианства действительно в том, что Бог наблюдает, достаточно ли мы хороши, так что нам лучше исправиться и вести себя как следует?

Не поймите меня неправильно: в конце концов проповедь все-таки упомянула Иисуса. Но вместо того чтобы объяснить Евангелие, проповедник использовал иллюстрацию, сравнив Иисуса с Микки Голдмиллом из фильмов о Рокки — в частности, с моментом, когда Микки является нашему опустившемуся герою в фильме Рокки 5 и призывает его «встать и драться… потому что Микки любит тебя».

Проблема этой иллюстрации пятикратна:

  1. Она сравнивает Иисуса с умершим тренером по боксу, который является боксеру в галлюцинации. Я почти уверен, что мы способны на большее.
  2. Проповедь должна возвещать Евангелие Христа из того самого текста, который рассматривается. По сути, проповедник создал проблему (сокрушающее чувство вины), неправильно обращаясь с текстом, а затем попытался решить ее, втиснув Иисуса в слащавую концовку ужасного фильма.
  3. То, что было проповедано, — на самом деле не Евангелие. Иисус не приходит к нам со словами: «Я люблю тебя, а теперь возвращайся к работе». Если бы вы попытались расхлебать эту кашу, вам нужно было бы сказать что-то вроде: Бог ищет в вашем доме одного хорошего мужчину, и Он его не нашел. Поэтому вы заслуживаете суда, как Содом. Но вот добрая весть: Он послал Своего Сына, чтобы Тот стал этим единственным хорошим человеком и понес суд, которого заслуживаете вы. Он воскрес из мертвых и дарует вам Свою совершенную праведность как дар. И потому теперь вы свободны от вины; ваше прежнее «я» умерло, во Христе у вас новое «я», и вы наделены силой Его Духа жить совершенно по-новому. Этот пастор поместил своих слушателей посреди не той истории. Он поместил их в какой-то ужасный мир, где все, что Иисус делает для нас, — говорит нам, что любит нас, чтобы мы могли исправиться и таким образом попытаться отвратить страшный Божий суд.
  4. Это даже не работает. Если все вышли с той конференции с мыслью, что на самом деле им нужно больше стараться, как вы думаете, надолго ли этого хватит? Самое большее на неделю-другую. Почему? Потому что в такой вести нет долговременной силы; она лишь ненадолго вас взбадривает.
  5. Люди вышли из здания с мыслью, что это законный способ читать и толковать Библию.

Как мы можем делать это лучше

Итак, что пошло не так с этой проповедью? Как мы сами можем оказаться на том же бесполезном пути, может быть, даже не подозревая об этом? Чтобы избежать подобных ошибок, нам нужно всерьез принимать библейское богословие в своей проповеди. Нам нужно помещать свой текст в гораздо более широкий контекст сюжетной линии Библии, чтобы мы могли определить свое место по отношению к ее всеобъемлющим темам и смыслу.

Тот проповедник взял текст и приблизил его, ни разу не отдалив. Он ухватился за мысль о том, что Бог ищет праведности посреди неправедности, и так и не вынырнул, чтобы глотнуть воздуха, поэтому ему некуда было двигаться с пользой. У него не было законных путей, чтобы перейти от события в Быт. 18 к своим слушателям.

И это жаль, потому что в этом отрывке на самом деле есть ряд замечательных нитей, за которые он мог бы потянуть вместо этого.

  • Вопрос Авраама: Судия всей земли поступит ли неправосудно?
  • Тема суда над грехом.
  • Мысль о Божьей милости, явленной семье, которую Он избрал из мира.

Вот с такими библейскими идеями можно работать. Проповеднику следует объяснить, как они вырастают из повествования Книги Бытия и находят свое окончательное исполнение во Христе — единственном праведном Человеке, Который понес наш суд, чтобы мы могли получить незаслуженную Божью милость.

Мы способны на большее, чем проповеди, которые искажают текст и оставляют людей ни с чем, кроме основанной на Библии воодушевляющей речи. Когда вы проповедуете текст, помните, что это высказывание, сделанное в контексте истории Библии, и что каждый текст приглашает нас найти свою жизнь в этой истории. Поэтому пусть вся наша проповедь приглашает неверующих найти истинную жизнь во Христе, и пусть вся наша проповедь призывает христиан жить в свете того, что Бог сделал, делает и обещает сделать в Иисусе.

Перевод публикуется с разрешения 9Marks. Оригинал: «Lessons from the Worst Sermon I Ever Heard»

← Все статьи