Чего церковь может требовать от своих членов

Терри Джонсон вспоминает воскресный вечер в одной из крупнейших евангельских церквей Южной Калифорнии. Посещаемость вечерних собраний падала, и решили попробовать менее формальный подход. Ведущий попросил всех встать, повернуться и сделать соседу массаж спины, а потом посмотреть в глаза людям рядом и сказать им о своей любви. Неловкость этого вечера стала для Джонсона поводом задуматься о вопросе, который обычно обсуждают лишь богословы: что церковь вправе требовать от людей, когда они собираются?

Регулируемое поклонение

Регулятивный принцип отвечает на вопрос, что церковь может делать на собрании. Церковь не свободна делать всё, что захочет; она должна делать то, что повелевает Писание. Реформатская традиция говорила об ограниченном числе элементов: чтение Писания, проповедь, молитва, пение хвалы, совершение таинств и клятвы. При этом оставалась большая свобода в форме элемента, например, молитва по написанному или свободная, и в обстоятельствах — время собрания, расстановка мест, освещение. Поэтому раньше люди хорошо знали, что произойдёт в церкви: Слово будет прочитано, проповедано, спето и вознесено в молитве, будут совершены таинства. Никаких представлений и эффектов, никто не попросит сделать что-то странное. Это было благом, потому что присутствие на собрании — обязанность члена церкви. А раз члены обязаны присутствовать, от них можно требовать только то, что требует Бог.

Власть церкви и членство

Чтобы понять, почему принцип ограничивает происходящее на собрании, нужно понять христианскую свободу: христиане должны быть свободны от произвольного употребления церковной власти. Церковь может требовать от членов только того, чего требует Писание. Джонсон подчёркивает, что слово «члены» здесь уместно. Церковь, как и Израиль, — община завета с Богом и друг с другом, имеющая реальное устройство: управление, служителей, членство, дисциплину, учение и таинства. Именно эту церковь Господь призывает собираться в день Господень. Лекция, малая группа или изучение Библии посреди недели могут быть необязательными, и человек может уклониться от них, если там происходит что-то смущающее его. Но с воскресным собранием, проходящим под руководством служителей, так нельзя.

Власть церкви и практика поклонения

Поскольку члены в каком-то смысле обязаны быть на собрании, церковь не вправе навязывать им ничего, что не установлено Писанием. Она не может требовать кланяться на восток, креститься, посыпать лоб пеплом, не может облачать служителей в одеяния, намекающие на особое священство, не может вводить ладан, внебиблейские чтения, помазания и обряды. И уж точно не массаж спины. Члены церкви — слушатели, которые не могут просто встать и уйти, поэтому руководители могут требовать от них лишь того, что требует Писание. Так совесть верующих свободна от человеческих установлений, а их чувства — от безвкусицы благонамеренных, но неразумных руководителей. Правильно понятый принцип освобождает людей и от угрозы идолопоклонства и ереси, и от странностей и глупостей.

За пределами богослужения

Тот же взгляд на церковную власть имеет и более широкие применения. Поддерживать церковь деньгами — библейская обязанность: «Так и Господь повелел проповедующим Евангелие жить от благовествования» (1 Кор. 9:14). Значит, и церковь должна тратить деньги только на то, что установлено Писанием, а не принуждать членов через пожертвования поддерживать политические кампании. Как человек тратит свои деньги — его дело; как церковь тратит деньги членов — дело другое. То же касается церковного календаря. Джонсон считает, что заповедь о дне покоя обязывает членов быть на воскресных собраниях, но не на мероприятиях среди недели. Служители могут советовать эти встречи как полезные, но нельзя наказывать человека за то, что он не ходит на молодёжное служение или на праздничное собрание, не установленное Писанием. Наконец, принцип служит единству. Многие войны вокруг стиля поклонения разгорелись, когда в одно воскресенье давние члены церкви обнаружили в здании новшества, которых никто не обосновал Писанием. Старшие сопротивлялись, потом уходили, церковь разделялась. Регулятивный принцип защитил бы общину от любителей новизны.

Вывод Джонсона: как этот принцип упрощает богослужение, так и учение о церковной власти упрощает жизнь церкви. Признав, что Иисус уполномочил церковь на одно и не уполномочил на другое, мы отводим взгляд от бесконечных конференций, семинаров и групп и возвращаемся к обычным средствам благодати в обычных собраниях дня Господня. Это освобождает верующих, чтобы они могли быть дома, любить супругов, растить детей и служить соседям. Жаль, что многие видят в этом принципе ограничение: на деле он освобождает.

Для наших церквей

Славянские общины часто перегружают членов программами и иногда вводят новшества без библейского основания, а потом удивляются расколам. Джонсон помогает пресвитерам различать: что Христос велел церкви, к тому можно призывать с властью, а что лишь полезно — то нужно предлагать, не требуя.