Разные народы на одном богослужении: что делать и чего не делать

Пятерых пасторов, служащих в многонациональных городах, спросили, что они делают и чего не делают, планируя богослужение для церкви, в которой собираются люди разных народов. Ответы оказались удивительно согласными в главном. Никто не предлагает особых приёмов или программ. Все говорят о Слове, о простых делах церкви и о внимательной любви к людям.

Дэйв Фурман сформулировал свои принципы в форме обетов. Он никогда не пожертвует Евангелием ради единства в многообразии, но будет последовательно проповедовать неискажённое Евангелие. Он не станет упрощать богословие до общего знаменателя, чтобы вместить больше людей и культур, но будет проповедовать богатое учение Писания. Он не будет строить богослужение так, чтобы угодить какой-то одной культуре, а сосредоточится на том, что делают все христиане: крещение и Вечеря Господня, молитва, пение, чтение и проповедь Слова. Он не будет ни отталкивать, ни возвышать ни одну культуру, но стремиться к тому, чтобы люди разного происхождения участвовали в служении. И он не будет планировать богослужение в одиночку, а будет советоваться с разными руководителями церкви.

Кевин Сю говорит о том же через Слово: проповедовать Слово, которое пересекает все культуры, сознательно продумывать, как применить его к членам разных народов, включать в служение членов разного происхождения с хорошей репутацией и молиться, чтобы Слово глубоко проникло в каждый народ города и во все народы мира. Он даже предлагает приносить на общие трапезы национальные блюда. И предупреждает о двух ошибках. Первая — недооценивать различия, думая, что Евангелие их уничтожает: создавая нас новым народом во Христе, Евангелие даёт единство в многообразии, а не однообразие. Вторая — переоценивать различия, разделяя людей на классы, группы и служения по национальности.

Пол Мартин служит в одном из самых многонациональных городов мира, где больше половины жителей родились за пределами страны, и это многообразие видно и в его церкви. Его советы просты: приглашать к чтению, молитве и служению подготовленных членов разного происхождения; петь песни, которые эта церковь действительно может петь, и не пытаться казаться тем, чем она не является; радоваться многообразию в проповеди, приводя примеры и применения из разных культур; держаться Слова, которое пересекает все культурные границы и защищает от культурного снобизма. А главное — быть обычной церковью, не специализируясь ни на многообразии, ни на однородности, и не ставить никакую культуру выше культуры Евангелия.

Джон Онвучеква внимательно смотрит на песни, выражения и примеры, которые могут оттолкнуть какую-то группу. Не обязательно их убирать, но важно о них помнить, объяснять и приглашать других участвовать; иногда приходится менять слова или аранжировку. В музыке они стараются сочетать гимны, современные песни и госпел, хотя признаёт, что баланс никогда не бывает идеальным. Он побуждает членов общаться с теми, кто не похож на них, потому что борьба за единство разных народов выигрывается или проигрывается в коридорах до и после служения.

Онвучеква следит, чтобы ведущие служения отражали состав церкви, а в проповеди и молитвах не предполагает, что у всех одинаковая семья: он помнит о матерях-одиночках и детях, выросших у бабушек. При этом церковь больше не измеряет многообразие официальными показателями и не делает его путеводной звездой. Он признаёт, что можно сделать всё правильно и всё же не стать многонациональной церковью; если церковь верна и чутка в делах и словах, результат принадлежит Богу.

Хуан Санчес подчёркивает, что чудо Евангелия — не просто многообразие народов, а согласие в многообразии. Его церковь не подбирает музыку под конкретную группу, а выбирает песни, сосредоточенные на Евангелии и удобные для общего пения. Не планирует национальное многообразие на сцене в каждом служении, а побуждает всех служить, и многообразие видно само собой. Избегает патриотических акцентов и говорит о христианах как о странниках и пришельцах на земле, вывешивая в зале флаги разных стран. И не выдвигает пресвитеров по национальному признаку: обучает всех братьев и молится, чтобы Господь воздвиг достойных. И Бог дал им пресвитерский совет из людей разного происхождения.

Что объединяет эти ответы? Прежде всего уверенность в том, что Евангелие само создаёт единство. Павел пишет, что во Христе «нет ни Еллина, ни Иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, Скифа, раба, свободного, но все и во всем Христос» (Кол. 3:11). Если центр богослужения — Христос и Его Слово, то люди разных народов собираются вокруг общего сокровища, а не вокруг вкусов одной группы. Пасторы предупреждают и о подмене: стоит сделать многообразие самоцелью, и церковь начнёт крутиться вокруг себя, а не вокруг Христа.

Вторая общая черта — внимательная любовь. Не делать ничего, что без нужды отталкивает. Павел ради Евангелия стремился не быть преткновением: «Не подавайте соблазна ни Иудеям, ни Еллинам, ни церкви Божией» (1 Кор. 10:32). Это касается и слов песен, и примеров в проповеди, и того, кого видят люди перед собой во время служения. А небесная цель — песнь Агнцу, Который искупил нас Богу Своей Кровью «из всякого колена и языка, и народа и племени» (Откр. 5:9).

Наш контекст

Славянские церкви в эмиграции и в больших городах всё чаще включают людей из разных стран, а иногда и разных языков, но богослужение обычно строится вокруг привычек большинства: язык, песни, манера проповеди. Новые члены другого происхождения нередко так и остаются гостями. А иногда, наоборот, создают отдельные служения для каждой языковой группы, и церковь распадается на несколько общин под одной крышей.

Пресвитерам стоит последовать простым советам этих пасторов: держать Слово в центре, привлекать к чтению и молитве подготовленных членов разного происхождения, следить за словами и примерами, которые могут ранить, побуждать к общению после служения и не выдвигать служителей по национальному признаку. Главное — чтобы на богослужении было видно, что во Христе все одно.