Как пасти тех, чьё честолюбие направлено не туда

Труд не появился после грехопадения. Бог поставил человека в саду, «чтобы возделывать его и хранить его» (Быт. 2:15), и пророк обещает, что и в новом творении избранные будут долго пользоваться изделием рук своих (Ис. 65:21–23). Павел велит дорожить временем (Еф. 5:16), а о себе говорит, что старался благовествовать там, где ещё не знали Христа (Рим. 15:20). Поэтому Джейми Данлоп предлагает не бороться с честолюбием как таковым. Христианин не может быть «слишком» устремлённым, если устремлён ко Христу. Проблема в честолюбии, направленном не туда. Автор честно начинает с себя: он называет себя трудоголиком, который будет «выздоравливать» до самого неба.

Откуда берётся неправильное честолюбие

Данлоп описывает несколько корней. Первый — неуверенность. Многие успешные люди движимы не силой, а страхом: разбитой семьёй в детстве, унижением, слабым образованием, трудным браком. Неуверенность может поднять человека высоко по карьерной лестнице, но мешает служить Христу на этой высоте. Второй корень — нетерпение к Божьему плану. Брат, который не может уйти с работы на полчаса раньше, хотя дела сделаны, а жена дома выбилась из сил, показывает, что его самоценность сосредоточилась в работе. Его желание оставить след в мире само по себе доброе, но, возвышая одно призвание над другими, он поступает как Саул, который не дождался Самуила и принёс жертву сам (1 Цар. 13:8–14). Цель была правильной, путь — своим.

Третий корень — деньги. Человек купил дом на пределе бюджета, потерял работу, нашёл другую и теперь живёт под постоянным давлением, и вся семья чувствует, что жизнь вращается вокруг денег. Павел говорит об этом прямо: «великое приобретение — быть благочестивым и довольным… имея пропитание и одежду, будем довольны тем» (1 Тим. 6:6–8). Четвёртый — бегство. Сестра, у которой дома распадается брак и дети отбились от рук, на работе чувствует себя нужной и уважаемой, и потому работа поглощает её. Пятый — отсутствие примеров. Если человек видит в руководстве церкви только хирургов, судей и бизнесменов, он может решить, что успех в служении и успех в карьере — одно и то же, и не знать, как эти люди на самом деле распоряжаются своим временем.

Что может сделать пастор

Данлоп предлагает несколько пастырских ответов. Во-первых, научить церковь находить удовлетворение в заработке. Звучит неожиданно, но Писание называет главной целью работы пропитание и возможность давать: «трудись, делая своими руками полезное, чтобы было из чего уделять нуждающемуся» (Еф. 4:28). Работа может ещё и отражать образ Божий, украшать учение (Тит. 2:10) и приносить радость (Еккл. 2:24), но всё это верно и для других призваний: брака, отцовства, членства в церкви. Уникальна для работы только плата. Если человек видит в деньгах вверенное Богом управление, а не источник значимости, работа перестаёт быть идолом.

Во-вторых, дать верное понимание добросовестности. Апостол велит делать всё «от души, как для Господа» (Кол. 3:23). За земным начальником стоит Христос, и Он дал задания не только на работе, но и во всей жизни. Ложная «добросовестность» оптимизирует жизнь под одно задание и превращается в перфекционизм. Истинная становится поклонением и знает своё место среди других поручений Господа.

В-третьих, не превращать слово «честолюбие» в ругательство, а перенаправлять его. Пусть церковь видит пример людей, устремлённых к Царству Божьему, и среди тех, кто преуспел в профессии, и среди тех, у кого самая обычная работа. Если показывать только первых, церковь решит, что служение для успешных. Если только вторых — что работа не имеет духовной ценности.

В-четвёртых, учить людей строить жизнь вокруг поместной церкви: выбирать жильё, работу и привычки отдыха с учётом того, смогут ли они участвовать в жизни общины, и по возможности держаться одной-двух церквей на протяжении всей взрослой жизни. Отношения в церкви — один из главных способов строить для вечности.

Слово к нашим общинам и к пастору

Эта тема особенно близка эмигрантским славянским церквям. Многие приехали ни с чем, работали на двух работах, построили бизнес и дома. Это трудолюбие — благословение. Но второе поколение часто слышит, что главное — диплом, должность и доход, а церковь — для выходных. Есть и обратная крайность: подозрительность к любому успеху. Пастору нужно и благословлять честный труд, и спрашивать, чему служит этот труд.

Наконец, Данлоп обращается к самим пасторам: оплачиваемое служение не защищает от неправильного честолюбия, а, может быть, делает нас ещё уязвимее. Лекарство для всех одно — благоговение перед Богом. Оно наполняет вечным смыслом жизнь поклонника, помогает доверять Божьим путям, когда они кажутся странными, напоминает, что удобства этого мира проходят, и открывает глаза на ценность самых незаметных служителей, вроде немощной молитвенницы на последней скамье.