Четыре искушения пресвитера, который работает в миру

Требования к пресвитеру в 1 Тим. 3:1–7 и Тит. 1:5–9 не означают безгрешности. Иначе пресвитеров не было бы вовсе. Они описывают характер, который отличает жизнь человека в целом. Но пресвитеры грешат, и само положение служителя порождает особые искушения. Стив Бойер пишет о пресвитерах, которые пасут церковь, одновременно зарабатывая на жизнь светской работой. Для славянских церквей это, по сути, обычная картина: большинство наших пресвитеров и проповедников всю жизнь служат, работая на заводе, в строительстве или в своём бизнесе. Бойер описывает их искушения через четыре библейских образа.

Не быть Димасом

Пресвитер, работающий в миру, весь день среди людей, которые не разделяют христианского взгляда на жизнь. Коллеги не будут требовать от него последовательности. Это поле для благовестия, но и среда, удобная для плоти. Димас был сотрудником Павла наряду с Лукой и Марком (Флм. 24), но в конце оставил апостола, «возлюбив нынешний век» (2 Тим. 4:10). Мы не знаем, что именно его привлекло, но знаем этот соблазн: досуг, похоть, деньги, власть, желание быть своим. Поэтому пресвитеру нужно вникать в себя и в учение (1 Тим. 4:16), уповать не на богатство, а на Бога живого (1 Тим. 6:17), вооружаться мыслью Христа, пострадавшего плотью (1 Пет. 4:1). Не оставлять веру у дверей офиса в понедельник утром.

Не быть фарисеем

Бойер рассказывает о молодом брате, который исповедал ему грех и признался, что боялся, как бы пресвитер не стал думать о нём хуже. Автора это потрясло. Он понял, что, хотя у них были хорошие духовные беседы, сам он почти никогда не говорил о своей борьбе с грехом, и тем самым невольно учил брата скрываться. Пресвитеры, которые реже стоят за кафедрой, тоже хотят, чтобы их ценили. Искушение — показывать церкви добрые дела и прятать падения. Так люди получают высокое мнение о пресвитере, а не о Боге. Павел же хвалился только крестом Христовым (Гал. 6:14).

Для наших общин это очень острый вопрос. Служитель часто воспринимается как человек, который не должен показывать слабость. Исповедь между братьями кажется чем-то почти неприличным. Но Иаков говорит: «признавайтесь друг пред другом в проступках и молитесь друг за друга» (Иак. 5:16). Пресвитер, который никогда не говорит о своих борьбах, учит церковь лицемерию, даже если сам живёт честно.

Не быть Иудой

С обязанностями приходят и привилегии: ключи от здания, доступ к сотрудникам и ресурсам. Иуда носил денежный ящик и был недоволен тем, как Иисус распоряжается средствами (Ин. 12:4–6), а после омовения ног предал Его. Бойер не сравнивает пресвитеров с предателем буквально. Он предупреждает о другом: привилегии могут порождать гордость и желание всё контролировать. Все пресвитеры надзирают за церковью, но каждый действует вместе с другими. Если совет поручил определённые решения штатным служителям, например распорядок их работы или использование церковного транспорта, пресвитеру, работающему в миру, не стоит вмешиваться через их голову. Это рождает напряжение и обиды. Лучше доверять тем, кому поручено, зная, что всех ведёт один и тот же верный Бог.

Не быть Саулом

Пресвитер, работающий в миру, занят до предела: работа, служение, семья, сон. Ему кажется, что он приходит с одной работы на другую. Отсюда искушение переложить пастырский труд на штатных служителей: не брать уроков, не ехать в больницу, не участвовать в трудных беседах. Иногда за этим стоит усталость, иногда лень, иногда даже зависть к тем, кому за служение платят. Саул отступил перед Голиафом из страха (1 Цар. 17:11), оставив народ без руководства. Бойер напоминает, что у всех пресвитеров одна и та же библейская должностная инструкция. Пётр велит пасти стадо «не принуждённо, но охотно» (1 Пет. 5:2). Когда служение движимо любовью ко Христу и Его церкви, жертва становится радостью: «ибо вы слава наша и радость» (1 Фес. 2:19–20).

При этом у такого пресвитера есть и особая сила. Он знает жизнь членов изнутри, потому что живёт той же жизнью: тем же графиком, теми же начальниками, теми же соблазнами. Его пример показывает церкви, что святость возможна не только у кафедры.

Для церквей, где почти все служители работают в миру, есть и обратная опасность: перегрузить одного-двух самых ответственных братьев, пока остальные числятся пресвитерами лишь по названию. Совету стоит честно распределить бремя, чтобы никто не выгорел и никто не отсиживался. Множественность пресвитеров имеет смысл только тогда, когда каждый действительно пасёт.