Умирает ли христианство в Британии? Чему учит упадок номинальной веры

О Британии часто говорят как о стране, где христианство умирает на глазах. Цифры действительно впечатляют: по данным переписи, за десять лет доля людей, называющих себя христианами, в Англии и Уэльсе упала примерно с семидесяти двух до пятидесяти девяти процентов, а доля неверующих выросла почти вдвое. Посещаемость церквей снижается уже полтора века: в середине XIX века в церковь ходила едва ли не половина населения, а к концу XX века лишь несколько процентов.

Майк Гилбарт-Смит, пастор лондонской церкви, не спорит с этими данными. Но он предлагает взглянуть на них внимательнее. По его наблюдению, значительная часть упадка представляет собой упадок номинального христианства, то есть веры по традиции, без личного обращения. Люди, которые раньше называли себя христианами по привычке или по культурной принадлежности, теперь честно говорят, что не верят. А евангельское христианство, основанное на личной вере и авторитете Писания, оказалось удивительно стойким.

Это важное различие. Когда уходит номинальная вера, исчезает не церковь Христа, а её внешняя оболочка. Иисус говорил ученикам: «Вы — соль земли. Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою?» (Мф. 5:13). Культурное христианство, лишённое Евангелия, давно потеряло силу. Его уход болезнен для общества, но может прояснить, кто действительно следует за Христом, и сделать свидетельство церкви более отчётливым.

Гилбарт-Смит указывает на ряд ободряющих признаков. Исследования показывают рост живых церквей в разных частях страны, в том числе в больших городах. Появилось много новых общин, среди них немало созданных иммигрантами из Африки, Азии и Восточной Европы. А с начала 1990-х годов в стране выросло новое поколение проповедников, обученных внимательно изъяснять Писание: специальные курсы и программы подготовили многих молодых мужчин и женщин, умеющих учить Библии.

Вместе с тем автор не закрывает глаза на трудности. Общество стремительно секуляризируется, и христиане становятся меньшинством, чьи убеждения всё чаще противоречат господствующей морали. Не весь рост здоров: некоторые церкви растут за счёт приёмов, обещаний процветания или переходов верующих из одной общины в другую, что мало говорит о духовном здоровье. Цифры роста, как и цифры упадка, нужно читать осторожно.

Особенно трезво Гилбарт-Смит говорит о будущем. Он предполагает, что христианам в Британии придётся всё чаще противостоять давлению, когда их совесть, связанная Христом и Его словом, войдёт в столкновение с требованиями общества. Это будет трудно. Но мы следуем за распятым Мессией и должны этого ожидать. Христос предупредил: «Если мир вас ненавидит, знайте, что Меня прежде вас возненавидел» (Ин. 15:18).

Источник надежды автор видит не в статистике, а в слове Божьем. Он благодарен за растущую уверенность, что слово Божье снаряжает Божий народ для Божьего дела. Пока это слово проповедуется и исполняется в жизни, Господь будет оживлять через него людей. Ведь возрождение совершается «от слова Божия, живаго и пребывающего вовек» (1 Пет. 1:23). Поэтому Гилбарт-Смит сомневается, что нынешний кризис станет смертью британского христианства.

Христос обещал о Своей Церкви, что «врата ада не одолеют ее» (Мф. 16:18). Это не значит, что в каждой стране она всегда будет многочисленной и уважаемой. Но это значит, что упадок внешнего христианства не может отменить Божьего замысла. Иногда именно в такие времена истинная церковь становится чище, смелее и яснее в своём свидетельстве.

Опыт Британии полезен и тем, что показывает цену культурного компромисса. Там, где церкви десятилетиями размывали учение, стараясь не отстать от общества, люди уходили первыми: если церковь говорит то же, что и мир, зачем в неё ходить? Общины, которые держались Писания, оказались устойчивее, хотя и казались старомодными. Верность слову оказалась не помехой, а условием выживания.

Наш контекст

Для славянских стран этот анализ звучит знакомо. После распада Советского Союза многие называли себя православными или просто верующими, а в 1990-е годы евангельские церкви переполнялись. Сегодня номинальная религиозность снова убывает, а число людей в евангельских общинах во многих местах сокращается из-за эмиграции и старения. Легко впасть либо в панику, либо в самообман.

Пресвитерам полезно честно различать номинальную принадлежность и живую веру, не гнаться за внешними цифрами и вкладываться в то, что действительно созидает церковь: в подготовку верных учителей слова, в здоровое членство и в готовность стоять за истину в обществе, которое всё меньше её принимает.

Для наших церквей