Нужно ли учение там, где людям трудно: о доктрине в бедных районах

Мез Макконнелл и Майк Маккинли вспоминают разговор со старым другом, который руководил студенческими служениями. Тот объяснял, что они решили быть менее сосредоточенными на кресте и менее доктринальными. Крест, конечно, важен, но зачем застревать в спорах XVI века? Иисус говорил о горчичном зерне и о добрых вестях для нищих и пленных. Есть много добрых дел, и богословие только мешает.

Авторы признают, что в этой позиции есть резон. Представьте корабль, который спешит в далёкий город предупредить жителей о гибели. Капитан выбросит лишний груз и не станет тратить время на полировку меди. Так и некоторые считают, что срочность миссии требует избавиться от тяжёлого груза доктринальной точности, который рождает лишь споры. И действительно, церкви было бы лучше, если бы христиане меньше спорили в интернете о тонкостях и больше говорили с соседями об Иисусе.

Но вывод неверен. Учение не груз на корабле, а его корпус и мачта. Доктрина церкви определяет характер и качество её свидетельства. Её богословие формирует цели и то, как она стремится их достичь. Поэтому вопрос в том, можно ли делать учеников в бедных и трудных районах, только показывая любовь Христа и трудясь над обновлением общества. Авторы отвечают: это крайне маловероятно. В Новом Завете богословие пронизывает всю жизнь церкви, и они показывают это на двух примерах.

Первый пример касается спасения. Критики иногда шутят, что на последнем суде Бог не будет вскрывать головы и проверять правильные формулы. Конечно, нет. Но Он спросит, доверял ли человек Ему, настоящему Богу, а не выдуманному. Для Бога доктринальная истина есть истина личная. Чтобы спастись, человек должен поверить реальным истинам о реальном Боге. Павел спрашивает: «Но как призывать Того, в Кого не уверовали?» (Рим. 10:14), и заключает, что вера от слышания слова Божьего.

Поэтому апостолы, приходя в города, не ограничивались добрыми делами. Они рассуждали, объясняли, доказывали из Писаний, что Иисус есть Христос. Павел говорит коринфянам: «ибо я рассудил быть у вас незнающим ничего, кроме Иисуса Христа, и притом распятого» (1 Кор. 2:2). Это не отказ от богословия, а его сердцевина: кто такой Христос и что Он совершил.

Второй пример касается освящения. Христос велел не просто обращать людей, но учить их соблюдать всё, что Он повелел. Человек из разрушенной семьи, с зависимостью, долгами и судимостями нуждается не в общих призывах быть хорошим, а в глубоком понимании того, кто он во Христе, что сделал для него Бог, как Дух меняет сердце и как жить в общине. Всё это доктрина, применённая к жизни.

Авторы особенно возражают против мысли, что бедным и малообразованным людям учение слишком трудно. Это снисходительное отношение. Люди в трудных районах ничуть не меньше нуждаются в здравом учении, чем студенты. Если учить ясно, терпеливо и с опорой на Духа Святого, Божий народ захочет учиться и будет расти. Простота подачи не требует упрощения истины.

Итог ясен: недостаточно показывать любовь Иисуса нуждающимся и трудиться над улучшением их жизни. Мы должны говорить реальные истины Евангелия, иначе прославим себя и оставим людей в их грехе и вине. Милосердие без Евангелия может накормить, но не может спасти.

Есть и практическая сторона. Люди из трудной среды особенно чувствительны к фальши и быстро замечают, когда к ним относятся как к объекту благотворительности. Когда же их учат всерьёз, как равных членов Божьего народа, ожидая от них роста и служения, они нередко становятся самыми преданными учениками и учителями для других, кто пришёл из той же тьмы.

Наш контекст

Славянские церкви часто служат людям в трудных обстоятельствах: в реабилитационных центрах, в сёлах, среди мигрантов, в тюрьмах. Иногда в таких служениях учение отходит на второй план: главное помочь бросить пить, найти работу, наладить быт. Это важно, но без глубокого учения люди остаются зависимыми от служителей, а не укоренёнными во Христе.

Пресвитерам стоит заботиться, чтобы в реабилитационных и социальных служениях было систематическое библейское обучение, понятное, но не облегчённое, и чтобы выходящие из них люди были включены в жизнь поместной церкви с её учением, членством и заботой.

Для наших церквей