О чём должно голосовать собрание церкви, а о чём нет

Грег Гилберт замечает любопытную закономерность: чем меньше церковь, тем чаще она голосует. В больших общинах собрание членов проводится редко и решает лишь крупные вопросы, а нередко члены вообще не голосуют ни о приёме, ни о дисциплине. В маленьких церквях всё наоборот. В его собственной общине когда-то любой расход сверх небольшой суммы требовал одобрения собрания, а под рубрикой «разное» любой член мог внести предложение о чём угодно: открыть занавески или закрыть их, купить игрушку для детской комнаты или вернуть купленную, поменять марку сока для Вечери. Когда церковь перешла к конгрегационному устройству под руководством пресвитеров, пришлось ответить на вопрос: о чём собрание должно решать, а что можно доверить служителям?

Гилберт предлагает пять областей. Три из них, по его мнению, прямо вытекают из Писания, две — дело мудрости. Он оговаривается, что готов выслушать возражения, но этот перечень многое проясняет.

Членство и дисциплина

Первое — членство и дисциплина, две стороны одной монеты. Собрание в целом решает, кто принадлежит к его общению, а кто нет. Яснее всего это видно в учении о дисциплине: в Мф. 18:17 и 1 Кор. 5:4–5 решение об исключении принимает вся церковь, причём Павел говорит о наказании «от многих», то есть от большинства (2 Кор. 2:6). Если собрание решает, кого исключить, то разумно, чтобы оно решало и о том, кого принять.

Руководители и учение

Второе — избрание руководителей. Прямого повеления голосовать за пресвитеров в Новом Завете нет. Но в Деян. 6 церковь сама выбрала из своей среды семерых, а согрешившего пресвитера обличают перед всеми (1 Тим. 5:20). Поэтому Гилберт считает, что собрание должно избирать и пресвитеров, и дьяконов. Третье — учение. В Гал. 1:8–9 Павел возлагает на всю галатийскую церковь ответственность за то, чему её учат, и велит ей отвергнуть иное благовестие, даже если его принесёт ангел. Значит, принимать или менять вероисповедание должна вся церковь.

Бюджет и правила

Четвёртое — бюджет. Здесь библейские основания менее ясны, но голосовать о нём мудро: так церковь «владеет» своими расходами, а кроме того, она всё равно голосует о них своими пожертвованиями. Есть и отдалённый пример: македонские церкви сами настойчиво просили Павла принять их участие в сборе для бедных в Иерусалиме (2 Кор. 8:3–4; Рим. 15:26). Пятое — правила. В Новом Завете церкви не голосуют за уставы, но разумно, чтобы церковь сама приняла правила, по которым живёт. Устав церкви Гилберта, принятый собранием, ограничивает голосования в основном этими пятью областями. Иначе говоря, собрание само решило доверить многое своим служителям, оставив за собой то, что Писание прямо или косвенно возлагает на него.

Что из этого вышло

Результат — собрания членов стали ободряющими. Церковь знает, где она обязана осуществлять власть и что доверила другим. Она голосует о важном, слушает отчёты служителей о других решениях и не тонет в мелких предложениях. Большинство предложений «из зала» теперь признаются не по порядку, потому что означали бы мелочное вмешательство в дело, которое собрание уже поручило конкретному служителю. Если кто-то предлагает купить новый микрофон, ведущий мягко напомнит, что этим ведает ответственный дьякон. При этом остаются предохранители: пресвитеры могут отстранить нерадивого служителя, а церковь может сместить пресвитеров и дьяконов или изменить устав. Но это меры на крайний случай.

Для наших церквей

За этим стоит важный принцип. Власть собрания реальна, но она не означает, что собрание должно делать всё само. Как семья не обсуждает на общем совете каждую покупку хлеба, так и церковь может доверить повседневные дела тем, кого сама избрала и кому сама дала полномочия. Делегирование — не потеря власти, а её разумное использование. А когда собрание не тратит силы на мелочи, оно может внимательнее относиться к тому, что действительно важно: кого принимать в члены, кого ставить служителями и как хранить чистоту учения. Тогда и сами собрания членов становятся временем, когда церковь радуется Божьей работе, а не устаёт от бесконечных споров.

В славянских общинах встречаются обе крайности. В одних членское собрание голосует за цвет штор и ремонт крыльца, тратя часы на споры и ссорясь из-за пустяков. В других собрание вообще не решает ничего существенного: членов принимают и исключают пресвитеры или «братский совет», служителей назначают сверху, а вероисповедание никто никогда не утверждал. Подход Гилберта помогает найти библейское равновесие: оставить собранию то, что Христос доверил церкви, — ключи Царства в приёме, дисциплине, избрании служителей и хранении учения, — а хозяйственные дела смело поручить служителям.