Ясное членство как проповедь Евангелия

Обычно о членстве говорят как о вопросе порядка в церкви. Но редакционный ответ ставит его в связь с самым главным — с Евангелием. Ясно определённое членство, по его словам, делает Евангелие понятнее и привлекательнее для мира. Это неожиданная мысль: как может список членов проповедовать? Но если вдуматься, церковь сама по себе — проповедь. Мир смотрит на неё и делает выводы о Христе. И то, кто является частью церкви, а кто нет, говорит миру очень многое о том, что такое христианство.

Первое: ясное членство показывает миру, кто христианин, а кто нет. Чем яснее граница между христианином и нехристианином, тем яснее Евангелие. Если церковь включает в себя всех, кто хоть как-то связан с ней, мир не может понять, что значит быть христианином. Если же члены церкви — это люди, которые исповедали веру, крещены и живут как ученики Христа, мир видит, что христианство — это определённый путь, а не размытая культурная принадлежность.

Евангелие, которое меняет жизнь

Второе: ясное членство показывает, что Евангелие преображает жизнь. Когда церковь наполнена людьми, освобождёнными от рабства греха и ставшими рабами праведности (Рим. 6:15–23), мир видит, что Евангелие действительно «есть сила Божия ко спасению всякому верующему» (Рим. 1:16). И что это спасение неизбежно включает радикально новую жизнь в святости и послушании Богу. Невозможно проповедовать преображающую силу Евангелия, если члены церкви живут так же, как все остальные.

Апостол Павел пишет: «Итак, кто во Христе, тот новая тварь; древнее прошло, теперь все новое» (2 Кор. 5:17). Церковь, где эта новизна видна, — живое доказательство. Пьяница, ставший трезвым отцом, вор, ставший честным работником, гордец, научившийся смирению, — всё это свидетельства, которые никакая проповедь не заменит. Но они видны только тогда, когда церковь знает, кто её члены, и когда членами являются именно такие изменённые люди.

Евангелие, которое объединяет

Третье: ясное членство показывает силу Евангелия объединять людей. Когда церковь состоит из христиан, соединённых верой и любовью, она показывает, что Евангелие может соединить тех, кто иначе был бы разделён. Оно показывает также, что Евангелие не ограничено никакой этнической или социальной группой, а обращено ко всем людям, призывая всех к покаянию и предлагая вечную жизнь каждому, кто верит во Христа. Павел пишет: «Нет уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе» (Гал. 3:28).

Здесь снова важна ясность. Единство толпы, которая случайно собралась, ничего не доказывает. Но единство людей, которые сознательно взяли на себя обязательства друг перед другом, — богатого и бедного, старого и молодого, людей разных национальностей, — свидетельствует о силе, превосходящей человеческие возможности. Такое единство и есть одна из самых сильных проповедей Евангелия.

Отсюда понятно, почему размытое членство вредит благовестию. Если в церкви числятся люди, живущие во грехе, если граница между церковью и миром неясна, мир получает искажённую картину. Он видит не силу Евангелия, а религиозный клуб с довольно обычными людьми. Ясное членство защищает чистоту этой проповеди.

Можно вспомнить и слова Христа: «По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою» (Ин. 13:35). Христос не сказал, что мир узнает учеников по их отдельным добрым делам. Он указал на любовь между ними, то есть на видимую общину. Но любовь между собою возможна только там, где ясно, кто эти мы. Размытая община не может показать миру ту взаимную любовь, по которой узнают учеников. Поэтому ясное членство — не бюрократическое требование, а условие видимой любви, которую Христос сделал главным знаком Своих учеников.

Пастырям стоит помнить и о том, что ясность членства касается не только приёма, но и ежедневной жизни. Члены церкви должны знать друг друга, заботиться друг о друге, вместе служить и вместе каяться. Тогда граница церкви — это не забор, а очертание живого тела, которое мир может увидеть и узнать.

Наш контекст

Славянские евангельские общины часто существуют среди людей, считающих себя христианами по рождению или национальности. Для них христианство — культурная принадлежность, а не новая жизнь. В такой среде ясное членство особенно важно: оно показывает, что быть христианином — значит родиться свыше, а не просто родиться в определённой стране. Кроме того, в эмиграции наши общины часто бывают моноэтническими. Ясное членство, открытое для всех, кто верит, независимо от языка и происхождения, может стать сильным свидетельством того, что Евангелие соединяет людей разных народов.

Для наших церквей