Царство и крест: почему их нельзя противопоставлять

Джереми Трит начинает с человека, который был ближе всех к кресту Христа. Разбойник, распятый рядом, сказал: «помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое!» (Лк. 23:42). Как он мог увидеть царя в избитом, окровавленном и казнённом человеке? Может быть, его смутила надпись над крестом или терновый венец. А может быть, как показывает ответ Иисуса, он правильно увидел Царство Божие в распятом Христе.

Сегодня, замечает Трит, многие христиане держатся либо за крест, либо за Царство, обычно за счёт другого. Одни книги о Царстве почти не упоминают крест, другие книги о кресте не замечают проповеди Иисуса о Царстве. Отсюда два направления: богословие креста, сосредоточенное на спасении грешников, и активизм Царства, стремящийся изменить мир. Целые церкви и движения строятся на одной из этих идей, и выбор между Царством без креста и крестом без Царства урезает Евангелие.

Так было не всегда. Ранние христианские авторы говорили, что царство Иисуса основано на древе креста. Лютер упрекал тех, кто не может соединить две мысли: что Христос Царь царей и что Он страдает и умирает. Разрыв углубился после Просвещения и особенно в движении социального евангелия, которое так увлеклось Царством, что потеряло крест и переопределило Евангелие как весть о том, что мы делаем для улучшения мира.

Консервативные церкви ответили на это, вернув кресту центральное место, но часто отодвинули Царство в будущее или вовсе забыли о нём. История спора стала качанием маятника из одной крайности в другую. Трит предлагает выход не в равновесии, будто это две соперничающие ценности, а в единстве. Писание сплетает искупление и Царство, как терновый венец, достойный распятого Царя.

Этот сюжет начинается в Эдеме, где обещано, что Семя жены сокрушит змея, будучи само уязвлено. Он продолжается в обетованиях о Царе из рода Давида и об Отроке Господнем, Который понесёт грехи многих. В Исаии эти образы сходятся: Царь, Который правит, и Раб, Который страдает, оказываются одним Лицом. Победа приходит через жертву. Христос начинает служение словами: «исполнилось время и приблизилось Царствие Божие: покайтесь и веруйте в Евангелие» (Мк. 1:15), и идёт к Иерусалиму, чтобы умереть.

На кресте Царство приходит не вопреки страданию, а через него. Иисус говорит о Своей смерти: «Ныне суд миру сему; ныне князь мира сего изгнан будет вон. И когда Я вознесен буду от земли, всех привлеку к Себе» (Ин. 12:31-32). Вознесение на крест оказывается возведением на престол. А небесный хор поёт Агнцу: «ибо Ты был заклан, и Кровию Своею искупил нас Богу» (Откр. 5:9), и Он «соделал нас царями и священниками Богу нашему» (Откр. 5:10).

Что это меняет для церкви? Трит пишет, что народ Царства живёт под знаком креста. Мы следуем за распятым Царём, и поэтому путь ученичества это путь служения и самоотдачи. Те, кто оправдан перед Богом, больше всех имеют причин заботиться о слабых, бедных и угнетённых. Но мы не строим Царство для Бога, мы получаем его от Бога. Царство не вершина человеческих усилий, а вторжение царственной благодати в грешный мир.

Поэтому церковь не должна выбирать между проповедью о прощении грехов и жизнью, которая отражает правление Христа. Евангелие возвещает Царя, Который правит через крест. Терновый венец, знак проклятия Адама, становится образом того, как власть Христа и Его жертва переплетаются в истории искупления. Царство приходит в силе, но сила Евангелия есть Христос распятый.

Это единство важно и для понимания церкви. Поместная община есть видимое посольство Царства на земле, где люди, примирённые с Богом кровью Христа, учатся жить под Его властью. В ней царствование Христа проявляется не в политической силе, а в прощении, служении, святости и любви между людьми, которые без креста никогда не стали бы одной семьёй.

Наш контекст

Славянские евангельские церкви по традиции сильны в проповеди креста и личного спасения. Но им нередко не хватает понимания Царства: христианская жизнь сводится к ожиданию небес, а работа, семья и общество кажутся чем-то второстепенным. С другой стороны, молодые верующие, увлечённые социальным служением, иногда теряют ясность Евангелия.

Пасторам стоит учить, что спасённые Христом становятся подданными Его Царства уже сейчас, и что это видно в жизни общины, в милосердии и честном труде. Но всё это вырастает из креста и не заменяет проповеди о прощении грехов.

Для наших церквей