Власть совета и власть повеления: пресвитеры и церковь

В церкви, где есть и пресвитеры, и членские собрания, неизбежно возникает вопрос: кто же в конечном счёте решает? Краткий редакционный ответ описывает модель, которую часто называют конгрегационализмом под руководством пресвитеров. Её суть в том, что у пресвитеров и у церкви разные виды власти, и обе установлены Богом. Ответ формулирует четыре положения. Мы изложим их и добавим собственные размышления о том, как это выглядит в жизни поместной церкви.

Пресвитеров ставит и снимает церковь

Первое положение: пресвитеры поставляются и отстраняются волей церкви. Хотя у них должна быть значительная власть над церковью, в конечном счёте они подотчётны ей, и их пребывание в служении зависит от её согласия. Пресвитеры не могут сами себя назначить и сами себя удержать, если церковь утратила к ним доверие по серьёзным причинам.

Церковь доверяет и следует

Второе: церковь должна доверять своим пресвитерам и следовать за ними в вопросах христианского ученичества. Новый Завет повелевает членам церкви слушаться наставников и покоряться им: «Повинуйтесь наставникам вашим и будьте покорны, ибо они неусыпно пекутся о душах ваших, как обязанные дать отчет» (Евр. 13:17). И ещё: «Просим же вас, братия, уважать трудящихся у вас, и предстоятелей ваших в Господе, и вразумляющих вас» (1 Фес. 5:12). Подотчётность пресвитеров церкви не отменяет обязанности церкви доверять им в повседневной жизни.

Власть совета

Третье: у пресвитеров есть, говоря старым языком, власть совета. Они ведут церковь, уча Слову. Их власть служебная и провозглашающая: они не изобретают новых законов, а возвещают Божье Слово и потому авторитетно наставляют и ведут людей. Эта власть зависит от верности их учения Писанию и от их собственного послушания Писанию. Пресвитер, отклоняющийся от Слова, теряет основание своей власти.

Власть повеления

Четвёртое: у церкви есть власть повеления. Это значит, что в вопросах членства, дисциплины и даже вероучения власть пресвитеров в конечном счёте совещательная. Они не могут сами принять человека в церковь или отлучить от неё, не могут сами дать себе служение. Пресвитеры учат, но церковь в конечном счёте отвечает перед Богом за то, во что она верит и кого слушает (Гал. 1:6–9). Пресвитеры надзирают за жизнью людей и ведут церковь в работе с грехом, но решение о приёме и исключении принимает церковь. Христос говорит: «скажи церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь» (Мф. 18:17). Павел пишет коринфянам: «Не внутренних ли вы судите?» (1 Кор. 5:12). Церковь признаёт пресвитеров именно для того, чтобы они вели её, уча Слову и наблюдая за жизнью членов, но Бог считает церковь окончательно ответственной за её членство, дисциплину и учение.

Как это выглядит на практике

К этому можно добавить несколько наблюдений. В здоровой церкви этой модели почти никогда не приходится сталкивать две власти. Пресвитеры предлагают, объясняют и рекомендуют; церковь, доверяя им, как правило, соглашается. Но само существование власти повеления защищает от злоупотреблений: если пресвитеры начнут учить ложному или поступать несправедливо, у церкви есть законный путь остановить их. А власть совета защищает церковь от другой опасности — от решений, принятых под влиянием эмоций, слухов или громких голосов.

Для этого нужна взаимная ответственность. Пресвитерам нужно объяснять свои рекомендации, а не просто требовать голосования: рассказывать, почему они предлагают принять или исключить человека, почему рекомендуют именно этого брата в служители, почему считают важным изменить устав. Членам церкви нужно приходить на собрания подготовленными, молиться о решениях, задавать вопросы заранее и лично, а не устраивать споры на собрании. И обеим сторонам нужно помнить, что последняя власть принадлежит не пресвитерам и не собранию, а Христу, Который говорит в Писании.

Две крайности

Эта модель помогает избежать двух распространённых крайностей. Первая — церковь, где всё решают несколько руководителей, а члены узнают о решениях постфактум и не чувствуют никакой ответственности за жизнь общины. В такой церкви люди легко становятся зрителями, а руководители — неподотчётными. Вторая — церковь, где каждое решение, вплоть до цвета стен, выносится на голосование, а пастыри боятся сделать шаг без одобрения большинства. Там нет руководства, и громкие голоса подменяют мудрость. Библейская картина иная: пастыри действительно ведут, а церковь действительно отвечает, и каждая сторона уважает служение другой.

Для наших церквей