Как обязательства членства делают нас свободными

Многие думают, что членство в церкви ограничивает свободу: появляются обязательства, ответственность, люди, которые задают вопросы о твоей жизни. Ли Салливан, член поместной церкви, пишет о парадоксе, который она открыла на собственном опыте: высокие обязательства членства принесли ей не тяжесть, а чувство свободы. Рассказывая знакомой, которая искала церковь, о своей общине, она заметила, что вместе с мужем чувствует себя там спокойно и свободно, хотя никогда прежде не была так связана с Господом, Его Словом и братьями и сёстрами.

Что это за свобода? Очевидно, не свобода делать что хочешь и не право быть независимым от других. Писание описывает христианскую свободу иначе: «К свободе призваны вы, братия, только бы свобода ваша не была поводом к угождению плоти, но любовью служите друг другу» (Гал. 5:13). Свобода во Христе — это освобождение от власти греха, чтобы служить. Господь Иисус сказал: «Итак, если Сын освободит вас, то истинно свободны будете» (Ин. 8:36). Эта свобода начинается в момент обращения, но раскрывается в жизни среди Божьего народа, где мы учимся любить конкретных людей.

Свобода от себя

Салливан честно говорит о том, что все мы — спасённые грешники, в которых Дух ещё продолжает Свою работу. У каждого есть слепые пятна, из-за которых другим бывает неловко. Христианская жизнь не проходит в пустоте. Мы освящаемся рядом с братьями и сёстрами, которые тоже борются. Иногда мы исповедуем грех и просим прощения, иногда сами прощаем. И вот здесь автор находит свободу: когда она не держит обид, не позволяет себе легко оскорбляться, борется с гордостью и завистью, она освобождается от собственных осуждений, тревог и страха перед людьми.

Павел описывает эту жизнь словами: «снисходя друг другу и прощая взаимно, если кто на кого имеет жалобу: как Христос простил вас, так и вы» (Кол. 3:13). Человек, который всё помнит и всем ведёт счёт, на самом деле несвободен: его мысли заняты обидами, а сердце напряжено. Тот, кто прощает, как простил его Христос, перестаёт зависеть от мнения других и от того, что они могут ему сделать. Автор замечает, что наш ум легко становится площадкой для диавола, если мы пускаем его туда и позволяем там задерживаться. Свобода приходит, когда мы распознаём в таких мыслях непрошеного гостя, берём их в плен и отдаёмся преображающей работе Господа.

Медленный путь

Ещё один парадокс, о котором пишет Салливан: она сама не слишком хорошо умеет делать то, о чём пишет. Только по благодати Божьей и силой Духа она вообще может вступать в борьбу с грехом. Она постепенно учится не полагаться на силу воли, а пользоваться оружием, которое дал Господь, — Его Словом. Это важное признание для любой церкви. Членство не делает людей сразу святыми и не требует совершенства на входе. Оно соединяет грешников, которые вместе учатся жить по Слову.

Давид в псалме говорит о законе Божьем как об утешении и радости: «Жажду спасения Твоего, Господи, и закон Твой — утешение мое» (Пс. 118:174). Для многих заповеди — это забор, а для Давида — утешение. Так и завет членов церкви: обещания любить, заботиться, молиться друг о друге, подчиняться руководству и принимать обличение могут казаться ограничением. Но опыт автора показывает: когда ими живут, они приносят свободу служить братьям и сёстрам, а не тратить силы на защиту своей гордости.

Наш контекст

В русскоязычных церквях членство иногда воспринимают в двух крайностях. Одни видят в нём прежде всего набор правил и запретов, за соблюдением которых следят строгие руководители. Другие, особенно молодёжь, считают его ненужной формальностью и предпочитают свободно посещать разные собрания. Свидетельство Салливан помогает увидеть третий путь. Членство — это завет взаимной любви, в котором человек учится прощать, просить прощения и не бояться людей. Такое членство не угнетает, а освобождает. Пастырям стоит говорить о членстве именно так: не как о списке требований, а как о пути свободы во Христе.

Свобода от страха перед людьми

Отдельно стоит сказать о страхе перед людьми, о котором упоминает автор. Многие христиане живут в постоянной оглядке: что подумают, что скажут, как оценят. В тесной общине этот страх может даже усилиться. Но Евангелие отвечает на него иначе: если Христос принял меня и простил, мне больше не нужно доказывать свою ценность другим. Тогда обличение брата перестаёт быть угрозой, а становится помощью, и я сам могу с любовью сказать правду другому. Так членство, в котором люди знают друг друга, становится не местом постоянной оценки, а местом, где страх уступает место доверию.

Для наших церквей