Сердце благовестия: не схема, а человек

Христиане часто медлят с благовестием, потому что это трудно. Трудно понять, что сказать, когда и как. Трудно вникнуть в обстоятельства человека и верно применить к ним Евангелие. Чтобы помочь, появились простые и прямые схемы изложения Евангелия, которые легко выучить и пересказать. Они стали очень популярны. Но они же поднимают вопросы: можно ли назвать благовестием пересказ, который слушатель не понял?

Как учесть бесконечное разнообразие людей и обстоятельств? Как говорить о Евангелии в обществе всё более скептическом и плюралистическом? Джеррам Баррс в своей книге напоминает, что благовестие не одежда одного размера для всех. В Новом Завете Евангелие излагается по-разному, всегда с учётом конкретных слушателей. Поэтому он призывает оставить заученные механические методы и учиться отвечать на трудности и обстоятельства собеседника.

Книга состоит из четырёх частей. Первая показывает по Новому Завету, как каждый христианин призван к благовестию. Вторая говорит о Божьей ревности о благовестии, несмотря на нашу нерешительность. Третья разбирает преграды: личные, церковные и культурные. Четвёртая предлагает семь принципов, выведенных главным образом из проповеди Павла в книге Деяний.

Принципы такие: проявлять уважение, строить мосты к Евангелию, понимать, во что верят другие, говорить понятным языком, использовать разумное убеждение, ясно излагать благую весть, обращаться к сердцу и уму. Павел в Афинах начал с того, что увидел у слушателей: «по всему вижу я, что вы как бы особенно набожны» (Деян. 17:22), но закончил ясным призывом: Бог «ныне повелевает людям всем повсюду покаяться» (Деян. 17:30).

Рецензент высоко ценит этот подход. Баррс учит смирению и терпению: прежде чем говорить, нужно слушать, понимать и уважать человека. Апостол писал: «Для всех я сделался всем, чтобы спасти по крайней мере некоторых» (1 Кор. 9:22). Это не уступка в содержании, а забота о том, чтобы неизменная весть была услышана именно этим человеком.

Пётр призывает быть готовыми дать ответ каждому о нашем уповании «с кротостью и благоговением» (1 Пет. 3:15). Кротость и уважение не мешают ясности, а открывают для неё дверь. Собеседник, почувствовавший, что его слушают, охотнее выслушает сам. Механический пересказ, произнесённый без интереса к человеку, часто воспринимается как реклама, а не как весть от Бога.

Но у рецензента есть важное возражение. Баррс путается в определении церкви и даёт ему сразу несколько разных значений. В результате роль поместной церкви в благовестии ослабевает. Свидетельство поместной церкви ставится в один ряд со свидетельством христианской семьи и любого сообщества христиан. Конечно, и отдельные верующие, и группы христиан могут успешно нести Евангелие.

Однако, подчёркивает Чанг, поместная церковь остаётся главным средством, через которое Евангелие пойдёт до краёв земли. Именно она проповедует, крестит, учит, дисциплинирует и посылает. Отдельный христианин свидетельствует как член тела, и его слова подкрепляются жизнью общины, в которую он может привести собеседника. Без этой опоры даже самое чуткое личное благовестие оставляет новообращённого без дома.

Тем не менее книга, по мнению рецензента, бросает христианам полезный вызов: вдумчиво, смиренно и милостиво общаться с неверующими. Он охотно рекомендует её тем, кто хочет расти в благовестии, и тем, кто активно благовествует, но опирается на заученные методы, а не на терпеливое и вдумчивое общение с людьми.

Стоит добавить, что заученные схемы не бесполезны. Они помогают помнить главные истины: святость Бога, грех человека, дело Христа, призыв к покаянию и вере. Опасность не в том, чтобы знать схему, а в том, чтобы думать, будто её произнесение и есть благовестие. Хороший благовестник знает содержание Евангелия наизусть и именно поэтому свободен говорить о нём по-разному.

Наконец, книга полезна как средство против страха. Многие молчат, потому что не уверены, что скажут правильно. Баррс показывает, что благовестие это прежде всего разговор, в котором можно задавать вопросы, слушать и постепенно приближаться к главному. Такой взгляд снимает с христианина ощущение, что всё зависит от одной идеальной речи.

Наш контекст

В наших церквях долго учили благовествовать по готовым схемам и раздавать трактаты. Это принесло плоды, но часто разговор заканчивался, не начавшись: человек слышал знакомые слова и отворачивался. Сегодня, когда собеседники выросли в атеистической или постсоветской религиозной среде, нужно больше слушать и понимать, что именно человек думает о Боге.

Пресвитерам стоит учить членов терпеливому разговору, не теряя ясности Евангелия, и напоминать, что лучшее место для неверующего друга это собрание живой поместной церкви.

Для наших церквей