Когда стоит повременить с дисциплиной, а когда отговорки — лишь страх

Время от времени церкви попадают в светские новости, и почти всегда из-за неправильно проведённой дисциплины. Такие истории печальны вдвойне: пастыри, злоупотребляющие властью над овцами, искажают образ Христа, а другие церкви, глядя на это, начинают бояться исполнять то, что ясно повелели Христос (Мф. 18:15–18) и Павел (1 Кор. 5). Брэд Уилер предлагает честно различать: есть веские причины пока не приступать к дисциплине, и есть отговорки, за которыми прячется непослушание.

Веские причины подождать

Первая — церковь не понимает, что такое дисциплина. Одни видят в ней публичное позорище, другие — способ руководителей заставить замолчать несогласных. Если собрание воспринимает дисциплину как возмездие, а не исцеление, как законничество, а не любовь, нужно продолжать учить. Лучше рискнуть и подождать слишком долго, чем поспешить и причинить непоправимый вред. Вторая — устав и завет церкви ничего не говорят о дисциплине. Нельзя требовать от людей соблюдения норм, которые нигде не изложены. Третья — неясно членство. Нельзя вывести из тела того, кто в него не входит. Дисциплина касается того, кто «называется братом» (1 Кор. 5:11) и чьё исповедание церковь подтвердила, а не просто постоянных посетителей.

Четвёртая — грех не очевиден, не серьёзен или не нераскаян. Зависть, гордость, слабая вера — тоже грехи, иногда тяжёлые, но они не столь явны, как пьянство или развод без библейских оснований. Дисциплина — грубый инструмент: церковь снимает подтверждение исповедания человека, поэтому грех должен быть ясным, серьёзным и, главное, нераскаянным. Пятая — в прошлом церковью правили властно и с злоупотреблениями. Тогда дисциплину почти наверняка поймут неверно, и лучше дать время, чтобы новые пастыри заслужили доверие стада. Шестая — пастор действует один или без поддержки других руководителей. Это выглядит как личная месть. Лучше, когда единодушное множество пресвитеров действует вместе, а окончательное решение принимает собравшаяся церковь (Мф. 18:17; 1 Кор. 5:4, 13). Седьмая — первый случай особенно запутан или спорен. Начинать стоит со случаев, где факты ясны и бесспорны.

Плохие отговорки

«Церковь никогда этого не примет». Дисциплина кажется холодной и пробуждает в нас страх людей. Но нас ведёт не традиция, а откровение. Мы не можем редактировать Христа и решать, каким частям Писания церковь будет послушна. Мы доверяем Духу, а тем временем с кротостью наставляем противящихся (2 Тим. 2:25). «Дисциплина — это не любовь». Послание к Евреям говорит обратное: Господь наказывает того, кого любит (Евр. 12:6). Отказ от дисциплины кажется смиренным, но на самом деле горд: будто мы знаем лучше Бога. И он немилосерден, потому что оставляет исповедующих веру на тонущем корабле без предупреждения.

«Чужие грехи — не наше дело». О внешних — да: внешних судит Бог. Но о своих Павел говорит: не внутренних ли вы судите? (1 Кор. 5:12–13). Христианство не знает частной религии. Грех, с которым никто не разобрался, со временем может стать грехом, с которым придётся разбираться всем. «Это породит законничество и скрытность». Только если дисциплину применять к любому греху, если руководители ведут охоту на ведьм, если Евангелие сводится к моим достижениям. Законничество побеждается не отказом от дисциплины, а ясным учением об истинном обращении.

«Мы можем потерять людей». Те, кто хочет следовать за Иисусом на своих условиях, могут уйти. Но в последний день нас будут судить по верности Слову, а не по числу собравшихся. «Этот человек слишком влиятелен». Коринф страдал именно от этого: Павел обличает церковь за пристрастие и гордость (1 Кор. 4:6; 5:2, 6). Мы закрываем глаза на грехи одних, когда больше боимся их положения, чем дорожим чистотой церкви Христовой. «Нас перестанут уважать в городе». Возможно, и в окружающих церквях тоже. Но христиане часто рискуют непопулярностью ради верности, и мы отвечаем перед Христом, а не перед общественным мнением.

Для наших церквей

Славянские церкви знакомы с обеими крайностями. В одних местах наследие строгих «братских советов» породило страх и недоверие, и здесь первая и пятая веские причины особенно актуальны: нужно сначала учить и восстанавливать доверие. В других дисциплина давно забыта, а отговорки «мы потеряем молодёжь» или «у него вся родня в церкви» звучат постоянно. Список Уилера помогает пресвитерам честно спросить себя: мы откладываем дисциплину ради мудрости или из страха?

Уилер признаёт, что все руководители ошибаются, их будут критиковать и не понимать. Но если оставаться смиренными и терпеливыми, внимательными и молящимися, пастырство всё больше будет отражать Пастыреначальника.