Сближение консервативных евангельских христиан и фундаменталистов

Десятилетиями фундаменталистов в Америке было принято высмеивать. И либеральные проповедники начала двадцатого века, и популярные лидеры церковного роста видели в них отсталых отшельников, неспособных говорить с культурой. Неудивительно, что сами фундаменталисты, то ли из богословских убеждений об отделении, то ли из самозащиты, почти не участвовали в общих евангельских разговорах. Но автор замечает неожиданную перемену: известные консервативные евангельские проповедники и издания стали говорить о фундаменталистах с уважением и даже благодарностью, отмечая в них твёрдость, позволяющую стоять за истину без компромиссов и делать это проявлением любви, а не её заменой.

Кто такие фундаменталисты? Это духовные наследники тех, кто в двадцатых годах в северных деноминациях Америки защищал непогрешимость Библии и историческое Евангелие. Когда деноминации покатились к модернизму, они не стали отправлять деньги евангельских церквей в либеральные семинарии и в миссии социального евангелия, а вышли и построили свои учреждения заново. Апостол Иуда призывал «подвизаться за веру, однажды преданную святым» (Иуд. 1:3), и именно так они понимали свой долг. Раскол между ними и так называемым новым евангелизмом произошёл в пятидесятых годах, когда крупные евангелизационные кампании стали включать в свою работу служителей, не разделявших евангельской веры. Фундаменталисты сочли такое сотрудничество недопустимым, помня слова: «остерегайтесь производящих разделения и соблазны, вопреки учению, которому вы научились, и уклоняйтесь от них» (Рим. 16:17).

Но с годами многие фундаменталистские общины выродились. Отделение ради истины превращалось в культуру внешних правил. Один из их богословов ещё в девяностых предупреждал, что такое отделение рождает классический законнический дух, когда соответствие внешнему кодексу считается признаком духовности, а внимание смещается от внутреннего к внешнему. Господь обличал подобное в фарисеях, которые давали десятину с мяты и тмина, но «оставили важнейшее в законе: суд, милость и веру» (Мф. 23:23). Молодое поколение, выросшее в этих учреждениях, стало задавать неудобные вопросы о том, кто они и почему так живут.

В середине двухтысячных годов эти вопросы вырвались наружу. Руководитель одной фундаменталистской семинарии призвал движение к новой серьёзности и прямо сказал, что легкомысленный фундаментализм не стоит спасать. Появились интернет-форумы, где молодые служители открыто обсуждали своё наследие. Опросы показали, что их отношение к культуре движения и к отделению меняется. Одновременно некоторые фундаменталистские объединения стали выражать к известным евангельским проповедникам не только критику, но и признательность.

Почему происходит сближение? Отчасти помог интернет: он позволил людям из разных лагерей читать друг друга без посредников и обнаружить, что у них много общего. Но есть и причины глубже. Широкое евангельское движение быстро превращается в иную религию, теряя ясность в вопросах Писания и Евангелия. Многие вероисповедно твёрдые евангельские христиане видят это и приходят к выводам, сходным с выводами фундаменталистов тридцатых годов, а не с оптимизмом нового евангелизма пятидесятых. А в самом фундаментализме созревает богословское крыло, которое хочет отмежеваться от фундаментализма чисто культурного, лишённого богословия.

Смогут ли эти два течения признать общее основание и трудиться вместе, пока неизвестно. Препятствия будут немалыми. Но совпадение этих движений даёт возможность для принципиальных руководителей, которые ещё не разучились слушать друг друга. Писание зовёт верующих держаться истины в любви, чтобы «истинною любовью все возращали в Того, Который есть глава Христос» (Еф. 4:15). Твёрдость без любви вырождается в законничество, а любовь без твёрдости в компромисс.

Урок этой истории шире американского контекста. Отделение ради чистоты Евангелия бывает необходимым, но оно легко превращается в самоцель и в культуру внешних признаков. Сотрудничество ради широты охвата бывает полезным, но легко размывает Евангелие. Пророк говорил о народе, который приближается к Богу устами, но «сердце же его далеко отстоит от Меня» (Ис. 29:13). Ни отделение, ни открытость не заменяют сердечной верности Христу и Его Слову.

Наш контекст

Наши церкви хорошо знают обе стороны этого спора. Советское время сформировало общины, привыкшие отделяться от мира и строго хранить внешние правила одежды, музыки, поведения. Это помогало выстоять в гонениях, но иногда превращало веру в соблюдение традиций, за которыми терялось Евангелие. С другой стороны, после девяностых многие общины открылись всему подряд, сотрудничая с кем угодно и принимая любые новые учения, лишь бы был результат.

Опыт американских христиан показывает, что выход не в выборе одной из крайностей. Нужно отделение там, где под угрозой Евангелие, и смирение там, где речь идёт о культурных привычках. Старшее и младшее поколения служителей могут многому научиться друг у друга, если будут слушать, а не только обличать.

Для наших церквей