Пастору нужно ясное учение об освящении

Майк Крайст хорошо помнит момент, когда понял, что не понимает учения об освящении. В малой группе обсуждали, как связаны наши усилия и действие Духа в возрастании в святости. Люди перечисляли то, что помогает расти, — чтение Библии, молитву, — и одновременно уверяли, что освящает Дух. Наконец одна честная женщина призналась, что не понимает, как же ей расти. Она много лет шла за Христом, читала Библию, молилась, каждое воскресенье была в церкви, но чувствовала горечь к людям и говорила то, о чём жалела. Она знала, что грех огорчает Бога и что нельзя просто ждать, пока Он её освятит, но видела, что рост не пропорционален её усилиям: она старалась изо всех сил и не продвигалась. Крайст не смог ответить: его понимание спасения было разрозненным, и оправдание и освящение противоречили друг другу. Он долго и невнятно что-то говорил, пока все не пошли пить чай.

Ответственность пастора

Христианину не обязательно уметь сформулировать учение об освящении, чтобы освящаться, как матери и младенцу не нужно знать психологию привязанности, чтобы привязаться друг к другу. Но если что-то идёт не так, нужен тот, кто понимает происходящее и может помочь. Поэтому пасторам, особенно тем, кто главным образом проповедует и учит, нужно ясное учение об освящении, чтобы направлять людей правильно. Если проповедь не нацелена на святость слушателей, то что мы делаем? Только просвещаем или, хуже, развлекаем? Мы хотим, чтобы люди преображались, но знаем ли мы, как это происходит?

Две ошибки

Освящению угрожают законничество и распущенность. Законничество видит освящение как то, что делаю я: дела, чтобы заслужить спасение или больше Божьего благоволения. Человек думает, что если перестанет делать одно и начнёт делать другое, всё будет хорошо. Это послушание ради отношений с Богом, а не из отношений с Ним. Распущенность, или антиномизм, так сосредоточена на совершённом Христом, что для наших усилий не остаётся места: увидев провал неправильно приложенных усилий, человек решает не прилагать их вовсе. Без ясного понимания пастор может невольно учить людей бороться с законничеством распущенностью, а с распущенностью — законничеством. Крайст вспоминает студентов, которые просили его меньше говорить о Евангелии, боясь, что оно ослабит их стремление к святости, и людей, которые втайне утешались своими грехами как доказательством того, что они не законники. Бывают и проповеди, которые подробно перечисляют, что нужно делать, ничего не говоря о силе для этого. А бывает, что благодать так оторвана от святой жизни, что на вопрос Павла «оставаться ли нам во грехе, чтобы умножилась благодать?» (Рим. 6:1) слушатель мог бы ответить «да». Христоцентричная проповедь исправляет многое, но учение об освящении помогает сделать следующий шаг: когда мы пришли ко Христу, как нам облечься в Него и попечения о плоти не превращать в похоти (Рим. 13:14)? Это не требует длинных отступлений в каждой проповеди: иногда достаточно одного предложения или верного слова человеку у дверей после собрания.

Освящение во Христе

Здравое учение должно подчёркивать необходимость роста, не умаляя благодати, и подчёркивать благодать, не ослабляя необходимости роста. Первое: святость — часть спасения. Нельзя говорить о «спасённости» и «святости» как о двух разных вещах, которые можно противопоставить. Не стоит цитировать слова «Ибо благодатью вы спасены через веру, и сие не от вас, Божий дар: не от дел, чтобы никто не хвалился», забывая продолжение: «Ибо мы — Его творение, созданы во Христе Иисусе на добрые дела, которые Бог предназначил нам исполнять» (Еф. 2:8–10). Святость не условие спасения, а его часть. Второе: спасение — это единство со Христом. Мы часто представляем его как груду отдельно упакованных подарков — прощение, Дух, искупление, — и тогда один подарок начинает соперничать с другим. На деле мы получаем Самого Христа, Который «сделался для нас премудростью от Бога, праведностью и освящением и искуплением» (1 Кор. 1:30). Поэтому все дары согласуются. Прощение и вменённая праведность нужны не для того, чтобы расслабиться, а чтобы приблизиться ко Христу и найти помощь для святой жизни. А живя свято, мы не забываем об оправдании, но, видя Божью святость, ещё больше ценим праведность Христа. Тот же Дух, Который воскресил Иисуса, Который «воскрес для оправдания нашего» (Рим. 4:25), соединяет нас со Христом и приносит плод. Рост в одном аспекте спасения ведёт глубже во Христа, а значит, и ко всем остальным дарам. Мы боремся и с законничеством, и с распущенностью не друг другом, а Христом. Крайст благодарен той женщине: её вопрос побудил его изучать освящение, и он призывает пасторов не останавливаться на оправдании.

Для наших церквей

В славянских церквях исторически сильнее звучал призыв к святой жизни, а иногда он переходил в законничество; в ответ часть молодёжи уходит в другую крайность. Пресвитерам и проповедникам нужно учить, что святость рождается из единства со Христом, и проповедовать и повеление, и силу для его исполнения.