Общая молитва — не триста личных молитв

Молитва бывает личной. Господь велит: «войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне» (Мф. 6:6). Но молитва бывает и общей. Псалтирь — это сборник песен и молитв собранного народа Божьего. Зак Шлегель размышляет о том, как понимать общую молитву и почему она важна, особенно в культуре, где вера всё больше становится частным делом.

Христианство одиночек

Шлегель рассказывает о друге, который перестал ходить в церковь, потому что ему там скучно и он ничего не получает. Его церковь, сказал он, — это природа. Такой человек считает, что христианство касается только его и Иисуса. В лучшем случае это малокровное христианство, а в худшем — можно ли быть уверенным, что это вообще христианство? Западный культ индивидуальности привёл к тому, что духовность стала очень частной, индивидуалистической, враждебной обязательствам. Чтобы противостоять большим проблемам жизни, нам нужен великий Бог. Один из путей вернуть видение Его величия — вспомнить, что мы члены одной семьи, одного тела. Павел говорит, что как тело одно, но имеет многие члены, так и Христос (1 Кор. 12:12).

Участие, а не наблюдение

Чтобы поймать мяч, нужна работа всего тела. Если рука не сработает, получишь синяк. Так и в церкви каждая часть должна действовать, ведь тело растёт «при действии в свою меру каждого члена» (Еф. 4:16). Когда церковь слушает проповедь, её не развлекают, а снаряжают. Когда поёт, она не просто выражает себя, а назидает друг друга. Так и с молитвой. Когда кто-то ведёт церковь в молитве, мы не наблюдаем, а молимся вместе с ним. Общая молитва — это не триста человек, у каждого из которых своё тихое время, а триста человек, которые молятся вместе.

Два практических совета

Первый: учить того, кто молится вслух, говорить мы, а не я. Он не показывает свою духовность, а молится от лица церкви, приходит к Богу с просьбами, исповедью и благодарением за всю семью. Второй: учить церковь говорить аминь в конце молитвы. Павел, наставляя о собрании, спрашивает, как непосвящённый скажет аминь на благодарение, если не понимает, что говорится (1 Кор. 14:16). Значит, аминь ожидается от всех. Сказать аминь значит согласиться с молитвой и сделать её своей.

Учить примером

Те, кто ведёт молитву в церкви, молятся Богу и одновременно учат церковь молиться, к добру или к худу. Шлегель вспоминает рассказ известного английского проповедника, который однажды пришёл в чужую церковь, где пасторскую молитву вёл брат, потому что пастор был в отпуске. Брат молился о хорошем отпуске пастора, о больных членах церкви и ещё о нескольких местных нуждах, и на этом всё. Проповедник заметил, что Бог такой церкви — маленький деревенский бог, озабоченный лишь местными делами.

Поэтому пастор должен спросить себя: чему мои молитвы учат церковь о Боге? Ведущие молитву должны думать о манере, темах и содержании. В манере — сочетать благоговение перед Богом и смелое доверие, быть сердечными, а не механическими, говорить простым языком, а не вычурным. В темах — следовать за молитвами Писания, прежде всего за Отче наш: святость имени Божьего, пришествие Царства, исполнение Его воли, хлеб насущный, прощение, защита от зла. В содержании — позволять Писанию определять, о чём просить, например, о мудрости, справедливости и смирении для властей (1 Тим. 2:2).

Если мы молимся о несправедливости, Писание подскажет, чего просить: не просто чтобы Бог наказал обидчиков, но чтобы Он дал правителям мудрость и правду, обратил сердца и защитил слабых. Если о больных — не только об исцелении, но и о вере, терпении и свидетельстве в болезни. Так общие молитвы постепенно расширяют сердце церкви до размеров Божьих целей.

Мы должны противостоять ядовитому влиянию частного христианства, потому что понимаем, что значит молиться вместе как церковь. Так мы встречаем не одомашненного Бога, а Того, перед Которым трепещем и Которому молимся ещё усерднее, потому что Он повелел молиться и милостиво слышит.

Наш контекст

В славянских церквях общая молитва часто проходит так: несколько человек молятся по очереди, остальные стоят, и каждый молится о своём. Свобода молитвы — ценное наследие. Но советы Шлегеля помогают сделать её действительно общей: молящиеся говорят мы, вся церковь говорит аминь, а содержание молитв расширяется от местных нужд до Божьих целей во всём мире. Пресвитерам стоит учить этому и показывать пример.

Для наших церквей