Подмастерья Евангелия: австралийская модель двухлетнего ученичества

Австралийское служение подготовки служителей выросло из работы Филлипа Дженсена, англиканского капеллана в университете Нового Южного Уэльса в Сиднее. В 1979 году он начал нанимать выпускников на два года, чтобы они служили и учились рядом с ним среди студентов и в поместной церкви, готовясь к формальному богословскому образованию. Колин Маршалл, национальный директор этого служения, объясняет, почему такое ученичество стоит жертв. Он подчёркивает, что это не быстрое решение проблем служения, а долгосрочная стратегия умножения, призывающая христиан сделать дело Евангелия делом всей жизни.

Как это работает

Служение поддерживает церкви семинарами, конференциями и наставничеством пасторов, даёт им учебные материалы, проводит конференции, где пасторы и возможные ученики слышат призыв посвятить жизнь проповеди Евангелия и оценить своё призвание, и организует региональные интенсивы для учеников о благочестивой жизни пастора, толковании и проповеди. В центре — двухлетнее ученичество перед богословским образованием: ученик получает стипендию, чтобы испытать, что значит служить полный день, и служит рядом со старшими, мудрыми служителями. С 1979 года в церквях и студенческих служениях Австралии прошли подготовку более тысячи двухсот учеников; к 2010 году почти двести из них учились в богословских колледжах, а более трёхсот шестидесяти уже служили по всему миру.

Зачем два лишних года

Маршалл перечисляет плоды. Ученики учатся соединять Слово, жизнь и практику служения, чему трудно научиться в аудитории, — особенно тем, кто вырос вне церкви. Их характер проверяется: рядом с пастором видно то, что легко скрыть в классе, — мотивы, способность любить и прощать, раны прошлого. Они учатся, что служение — это люди, а не программы: цель в том, чтобы около двадцати часов в неделю ученик проводил лицом к лицу с людьми — с неверующими, молодыми христианами, руководителями молодёжи, малой группой, страдающими. Они приходят в богословский колледж с вопросами, выросшими из служения, и учатся ради жизни, а не ради экзаменов. Они учатся служению в реальном мире, где идеи нужно отстаивать с кафедры, а не только на бумаге. Маршалл замечает, что академическая модель подходит не всем: лучшие благовестники и насадители церквей порой плохо учатся пассивно, но расцветают, когда служат под наставничеством. Наконец, ученики усваивают привычку готовить других: став руководителями, они сразу ищут своих учеников. И они учатся инициативе в благовестии в постхристианском обществе, где пастор уже не может рассчитывать, что люди сами придут на проповедь.

Не программа, а родительство

Самая важная мысль Маршалла: ученичество — не учебная программа, а нечто похожее на воспитание ребёнка. Павел с теплотой называет Тимофея сыном: «А его верность вам известна, потому что он, как сын отцу, служил мне в благовествовании» (Флп. 2:22). Павел был для Тимофея образцом не только в учении, но и во всей жизни, особенно в страданиях: «А ты последовал мне в учении, житии, расположении, вере, великодушии, любви, терпении» (2 Тим. 3:10). Поэтому ученикам нужно видеть сердце своих наставников — грехи и исповедание, страхи и веру, мечты и реальность, успехи и неудачи. Наставникам нужно смирение, чтобы честно открывать свою жизнь, и это происходит не только в общем служении, но и дома, где пропадает профессиональная маска проповедника. Павел говорил фессалоникийцам: «Так мы, из усердия к вам, восхотели передать вам не только благовестие Божие, но и души наши» (1 Фес. 2:8). Маршалл сравнивает всё это с эстафетой: Бог по Своей доброте воздвиг много бегунов, которые передадут эстафетную палочку Евангелия дальше.

Маршалл признаёт, что ученичество требует жертв с обеих сторон. Кандидату приходится отложить богословское образование и карьеру ещё на два года, а пастору и церкви — тратить время и деньги на неопытного и непроверенного молодого человека. Но опыт десятилетий показывает, что эти жертвы окупаются. Церкви получают служителей, которые уже знают, что такое пастырская работа, а сами ученики часто приходят к ясности: одни укрепляются в призвании, другие понимают, что их место в ином служении, и это тоже благо. Для небольших церквей, которые не могут платить стипендию, возможна облегчённая форма: брат продолжает работать, но несколько вечеров в неделю служит рядом с пастором.

Главное в этой модели не стипендия и не формат, а готовность пастора впустить ученика в свою жизнь и служение.

Для наших церквей