Благовестие пришельцев

У американской церкви, пишет автор отзыва, есть проблема: она никак не может расстаться с мыслью, что Бог обязан дать ей успех и процветание. Даже те, кто решительно осуждает евангелие процветания, втайне полагают, что верность неизбежно приносит рост и влияние. Если правильно жить, люди придут. Если правильно строить церковь, она вырастет. Если быть верными как надо, культура будет уважать и слушать. Беда не в желании больших церквей и множества спасённых, а в скрытом убеждении, что родная страна должна быть домом для христиан. Когда становится ясно, что христиан не ждут в общественной жизни, а их убеждения считают отсталыми, легко впасть в уныние и страх.

Книга Эллиота Кларка о благовестии изгнанников разбирает именно это убеждение, чтобы ободрить церковь к верному свидетельству в культуре, всё более враждебной вере. Христиане в этом мире избранные пришельцы, и правильное понимание этой идентичности лежит в основе верного свидетельства. Автор книги строит свои мысли на Первом послании Петра, которое обращено к «пришельцам, рассеянным в Понте, Галатии, Каппадокии, Асии и Вифинии, избранным» (1 Пет. 1:1). Он сам признаётся, что одна возможность стыда, перспектива стать чужаком мешает ему смело благовествовать.

Книга проходит по главным темам послания. Она зовёт принять своё положение пришельцев и укореняет его в надежде на славный будущий дом. Она объясняет, почему бояться нужно Бога больше, чем людей, и при этом проявлять уважение ко всем: «Всех почитайте, братство любите, Бога бойтесь, царя чтите» (1 Пет. 2:17). Она описывает благовестие как уверенное возвещение Бога и Его достоинства принимать всякую хвалу. Она показывает, как отличная от мира жизнь христиан, особенно в трудностях и противостоянии, возвещает красоту Христа. Апостол просит верующих как пришельцев и странников удаляться от плотских похотей и «провождать добродетельную жизнь между язычниками» (1 Пет. 2:12). И наконец, книга размышляет о красоте Божьей семьи, где уже в этой жизни можно вкусить небесного дома.

Особенно ценны примеры из опыта автора книги, благовествовавшего в мусульманской стране. Многим западным христианам такой мир кажется самым трудным местом для верности, и его истории показывают силу смелого и благодатного возвещения, терпеливого упования на Бога и любящей, гостеприимной жизни. Обличительной для рецензента оказалась критика смягчённых выражений, которыми христиане описывают благовестие. Такой язык невольно учит искать только тех, кто уже заинтересован. Но если Бог суверенен и может действовать так, как в Библии, не нужно ждать человека, желающего услышать. Можно смело возвещать Евангелие, предупреждать о необходимости покаяния и веры и доверять, что Бог способен спасти даже противящихся.

Многие христиане стесняются много говорить о небе и надежде славы, будто это оторвано от жизни. Книга вслед за апостолом помогает размышлять об этой надежде как о двигателе уверенного и благодатного благовестия. Чтобы преодолеть угрозу стыда, заставляющую замолчать, нужно слышать и верить обетованию будущего прославления. Ветхозаветные праведники говорили о себе, что «они странники и пришельцы на земле» (Евр. 11:13), а Павел напоминает: «Наше же жительство — на небесах» (Флп. 3:20).

Рецензент высказывает одно замечание. Многим христианам трудно вовлекать других верующих в свои благовестнические усилия. Привести неверующего друга на собрание они готовы, а пригласить другого члена церкви познакомиться с этим другом кажется чуть ли не жульничеством, как будто благовестие считается, только если совершается в одиночку. Такое мышление ошибочно и не видит силы общины, живущей верно вместе. Поскольку примеры автора книги взяты из места, где не было устоявшихся церквей, читатель может укрепиться в одиночном подходе. Даже гостеприимство к новообращённым, потерявшим поддержку семьи, описано скорее как дело одной семьи. Больший акцент на жизни пришельцев вместе, в общине, сделал бы книгу ещё полезнее. Ведь апостол пишет: «Будьте страннолюбивы друг ко другу без ропота» (1 Пет. 4:9). И всё же книга остаётся даром для тех, кто унывает от растущего отчуждения, и ясным призывом уверенно возвещать Евангелие миру, который в нём отчаянно нуждается.

Наш контекст

Наши церкви, в отличие от американских, хорошо знают, что значит быть чужими в своей стране. Поколения верующих жили под подозрением, теряли работу и учёбу за веру. Но после девяностых многие привыкли к относительной свободе и стали ждать уважения и влияния. Сегодня в ряде стран положение снова меняется, и соблазн уныния и страха возвращается. Первое послание Петра напоминает, что положение пришельцев нормально для церкви, а надежда на небесный дом даёт смелость.

Наша история даёт и богатство примеров: верующие, которые в трудные годы открывали дома для гонимых, делились последним и вместе свидетельствовали соседям. Это и есть благовестие пришельцев, совершаемое общиной, а не одиночками. Такое наследие стоит возвращать молодому поколению.

Для наших церквей