Семь искренних возражений против церковной дисциплины и как на них отвечать

Не каждый, кто морщится при слове «дисциплина», противится Писанию и хочет испортить церковь. Джон Пентекост и Сэм Эмади признают, что за годы служения встретили многих благочестивых христиан, которые поначалу возражали против дисциплины по понятным, хотя и ошибочным причинам. Это не волки, а овцы, которых долго плохо пасли. Поэтому вводить дисциплину нужно медленно и мудро, уча не только о ней самой, но и об учениях, на которых она держится: об обращении, святости, покаянии, членстве, ученичестве и любви. Авторы разбирают семь типичных возражений.

«Мы не можем судить сердце»

Никто не знает чужого сердца непогрешимо. Но Христос учит, что от избытка сердца говорят уста, а из сердца исходят поступки (Мф. 12:34; 15:18–19). Хорошее дерево приносит хорошие плоды, худое — худые (Мф. 7:17). Мы не видим сердца, но слова и дела обычно показывают его состояние. Церковь судит не о тайнах души, а о видимой жизни и исповедании.

«Иисус никого не отвергал» и «никто не совершенен»

Иисус действительно не отверг ни одного кающегося грешника. Но Он изгнал торгующих из храма и не остановил уходящего богатого юношу. И самое ясное учение о дисциплине дал Он Сам (Мф. 18:15–20). Дисциплина не отталкивает тех, кто ищет Христа. Она лишь обозначает тех, кто, называя себя Его именем, упорно предпочитает Ему грех. Точно так же дисциплина не требует сверхсвятости. Никого не отлучают за то, что он грешит, — отлучают за нераскаянный грех. Единственное условие пребывания в общине завета — ежедневно отвечать на Евангелие верой и покаянием.

«Вне церкви они не услышат Евангелия»

Дисциплина не обязательно означает запрет посещать собрания. Церковь хочет, чтобы и нераскаянный слышал проповедь Слова, но чтобы он понимал: он смотрит на общение церкви с границы, а не из её центра. Большинство отлучённых, правда, перестают приходить. Но много ли пользы было от их посещения, пока они обманывали себя? Кроме того, нужно учить церковь, что Евангелие не товар, который продаётся лишь в одном магазине. Люди приходят к вере, слыша благую весть на работе, за столом у соседей и в бесчисленных других местах, где христиане исполняют Великое поручение.

«Я никогда об этом не слышал»

Некоторые подозрительны к новому, потому что не любят перемен. Другие справедливо устали от пасторов, каждый из которых приносил «чудодейственный» метод. Поэтому важно показывать, что дисциплина основана на ясном учении Писания, и обращаться к истории церкви: когда члены видят, что христиане задолго до их дедов практиковали дисциплину, они понимают, что это не мода, а верность Библии.

«Это повредит репутации церкви»

Писание велит заботиться о том, как нас видят внешние (1 Кор. 14:23–25; 1 Тим. 3:7). Но эта забота не должна превращаться в страх, мешающий слушаться Христа. На деле дисциплина — Божий способ сохранить доверие к церкви. Если церковь терпит грехи, которые возмущают даже неверующих (1 Кор. 5:1), она подрывает свидетельство о силе Евангелия менять жизнь.

«В лучшие годы мы этого не делали»

Новому пастору нужно знать историю церкви, особенно ту, что живёт в памяти старших членов. Эмади служил в общине, которая тосковала по временам, когда она была большой и полной программ, а о членстве и дисциплине там никто и не думал. Для таких людей дисциплина кажется противоположностью «плодотворного служения». Пастору нужно терпеливо учить, что Божьи пути лучше наших, и радоваться не обилию программ, а плоду веры и святой жизни. В последний день многие скажут Господу о том, что делали Его именем, и услышат: «Я никогда не знал вас» (Мф. 7:22–23). Успех в служении — это верность и терпение.

Для наших церквей

Общее во всех ответах авторов — терпение. Пастор, который вводит дисциплину одним решением совета, может формально быть прав, но потерять доверие церкви. А пастор, который годами учит, отвечает на вопросы, показывает любовь к согрешившим и сам открыт для обличения, постепенно приводит общину к тому, что она сама начинает видеть в дисциплине послушание Христу.

Славянские церкви часто знали строгую дисциплину, иногда даже слишком формальную. Поэтому у нас возражения звучат иначе: «у нас уже отлучали за мелочи», «это жестоко», «это пережиток прошлого, теперь время другое». Но принцип тот же. Пастору не стоит видеть в каждом возражающем противника. Лучше выслушать, понять, какая рана или какое недоразумение стоит за возражением, и терпеливо показывать из Писания, что библейская дисциплина — это не наказание за слабость, а любовь, которая зовёт нераскаянного к покаянию и хранит честь Христа.