Ошибки при избрании пресвитеров: десять опытных служителей о том, чему их научила практика

Десяти пасторам, богословам и пресвитерам из разных стран задали один вопрос: какие уроки в избрании пресвитеров вам пришлось усвоить на собственных ошибках? Среди отвечавших — известные проповедники и авторы книг о пресвитерстве, профессор Нового Завета, библиотекарь семинарии, государственный советник и миссионер, чьё настоящее имя скрыто ради безопасности. Их ответы не повторяют друг друга, но складываются в цельную картину того, как церкви ошибаются, выбирая руководителей, и как этих ошибок избежать.

Не спешить и смотреть на жизнь, а не на впечатление

Джон Макартур начинает с заповеди Павла: «Рук ни на кого не возлагай поспешно» (1 Тим. 5:22). Человек может производить блестящее первое впечатление, казаться зрелым, знающим и одарённым, но иметь серьёзные изъяны характера, которые видны только в долгосрочных привычках. Поэтому Писание требует: «И таких надобно прежде испытывать, потом, если беспорочны, допускать до служения» (1 Тим. 3:10). Формальное образование полезно, но не может заменить призвания и дара. Лучше всего будущие пресвитеры видны в обычной жизни церкви: по тому, как они откликаются на учение, служат, приносят плод и берут на себя дела, которые им никто не поручал. Фил Ньютон рассказывает, как его церковь, торопясь ввести пресвитерство, избрала троих способных людей, прошедших письменную анкету и собеседования. Анкета проверила знание доктрин, но не мотивы. Один не считал проповедь центром церковной жизни, другой избегал любых конфликтов и не мог обличать, третий мерил успех цифрами и ушёл, когда посещаемость упала. Ньютон советует постоянно учить церковь о требованиях и сердце пресвитера, наблюдать за кандидатами в разных ситуациях — в молитве, посещениях, за столом, при критике их проповеди, — замечать, кто на них влияет, и не утверждать человека, пока остаются сомнения.

Сварливость и кротость

Майкл Лоуренс признаётся, что не раз закрывал глаза на историю затяжных конфликтов в жизни кандидата, оправдывая их обстоятельствами или незрелостью. Но человек может быть сварливым, даже когда он прав по существу: в жёсткости, в склонности занимать непримиримую позицию без нужды, в неумении проигрывать, в любви к спору. Пресвитер должен быть «не сварлив» (1 Тим. 3:3). При этом церкви нужны мужчины, способные твёрдо защищать веру, поэтому нужна не мягкотелость, а кротость — сила под контролем, направленная на благо других. Сам Моисей «был человек кротчайший из всех людей на земле» (Чис. 12:3). История конфликтов не обязательно дисквалифицирует, но требует вопросов: разрешён ли конфликт, был ли он необходим, всегда ли человек оправдывает себя? Ведь «Кроткий ответ отвращает гнев, а оскорбительное слово возбуждает ярость» (Притч. 15:1). Эд Робертс, насаждающий церкви в Центральной Азии, тоже предостерегает от людей с нездоровым интересом к богословским спорам и добавляет два менее очевидных критерия: как человек наставляет собственную семью и насколько он щедр. Он также советует не собирать коллегию из одинаковых по характеру, интересам и биографии людей: единомыслие нужно в учении, а не во всём остальном.

Девять вопросов Фергюсона

Синклер Фергюсон предупреждает об обеих крайностях: можно опустить планку ниже Писания, а можно в ревности поднять её искусственно выше и не заметить, что некоторые лучшие дары растут уже в служении. Способность учить не обязательно означает способность регулярно проповедовать с кафедры. Нужны люди, в которых здравое учение соединено с доступностью, ведь страннолюбие означает как минимум открытость. Самый забытый вопрос — каково свидетельство о человеке у внешних: «Надлежит ему также иметь доброе свидетельство от внешних» (1 Тим. 3:7). Нужно спросить, любит ли он стадо и любит ли стадо его; лучше выбирать тех, кто любит овец, чем тех, кто любит быть пастухом, — первые станут вторыми, но не наоборот. Верность общей молитве часто служит лакмусовой бумажкой. Тихие люди с тихим сердцем, по его словам, бывают на вес золота.

Учение, Писание и долгий взгляд

Брюс Кайслинг заметил, что церковь лучше всего распознаёт пресвитеров среди тех, кто больше учил: когда его церковь была без пастора и просила рекомендаций, почти единодушно назвали тех троих, кто проповедовал по воскресеньям. С тех пор они сознательно дают кандидатам больше возможностей учить. Филип Педли с Каймановых островов говорит, что убеждённость в пресвитерстве должна основываться на Писании, а не быть одной из моделей в меню; главная опасность — деловая модель пастора-директора, против которой стоят слова Христа: «но между вами да не будет так» (Мф. 20:26). Фред Кэтервуд напоминает о врождённых качествах — благочестии, терпении, верности в семье, укоренённости в Слове, — которые никакое обучение не восполнит, и о том, что пресвитеры окружают и поддерживают проповедника. Томас Шрайнер рассказывает, как при слиянии церквей не стал выдвигать приятных, но доктринально наивных людей, как отказывался от почти соответствующих требованиям и как не позволял богословскому блеску заслонить характер. Наконец, Александр Строх призывает думать на годы вперёд: замечать юношей с духовным интересом, давать им книги, проповеди, поездки на конференции и в миссии, постепенно расширять их служение, приглашать на собрания пресвитеров и заранее готовить тех, на чьих плечах будет стоять церковь.

Для наших церквей