Пастор на пороге отставки: где наша идентичность

Фил Ньютон, много лет прослуживший пастором, начинает с последних дней Джона Ньютона — бывшего работорговца, ставшего служителем и автором гимнов. Умирая, тот едва слышно сказал, что память почти покинула его, но он помнит две вещи: что он великий грешник и что Христос — великий Спаситель. Он не вспоминал ни своих гимнов, ни проповедей, ни учеников. Такой взгляд на вечность сложился не на смертном одре: Ньютон всю жизнь старался смотреть на Христа и вечность, а не на славу. Он не считал незаменимыми ни себя, ни других пасторов и в письме о тяжёлой болезни своего друга-служителя писал, что Господь не нуждается в грешном человеке и иногда забирает самых верных служителей в расцвете их пользы, может быть, затем, чтобы показать, что может обойтись без них.

Привычный ритм служения

Господь может обойтись без нас, и всё же по Своей воле на время поручает нам пасти часть Своего стада, пока не поставит другого. Согласиться с этим легко, а жить этим, отпустив пасторское служение, трудно. Ньютон описывает обычную неделю пастора: от двенадцати до двадцати часов на проповедь, душепопечительские беседы, подготовка собраний, встречи с пресвитерами, больница после рождения ребёнка и больница после внезапной смерти, предсвадебные беседы и свадьбы, молитва с человеком, попавшим в ловушку греха. По воскресеньям глаза и уши людей обращены на пастора; он приветствует их у дверей, видит их раны, слышит исповедь, делит радость и скорбь. Он указывает на Христа, но легко сам становится центром внимания церкви. Люди его знают и доверяют ему.

Когда приходит реальность

А потом пастор уходит, и наступает реальность. Ему больше не звонят за советом, он не узнаёт первым о беде или о рождении ребёнка, никто не стучит в дверь кабинета — и то, что раньше казалось помехой, теперь вызывает тоску. Он больше не ведёт собраний, не определяет миссию и бюджет церкви, на него больше не смотрят как на того, кого все слушают. Если пасторская должность стала идентичностью, за уходом придут уныние, вялость и беспокойство, и никакая работа в саду не заглушит чувства бесцельности. Ньютон приводит мысль одного из своих коллег: мы — странники, которых формируют для неба. Мы не только готовим к небу других, мы сами в пути, и важно смотреть на цель, а не задерживаться на подготовке.

Лучший путь

Если готовиться мудро, уход с переднего плана будет похож на достижение вершины, а не на остановку посреди подъёма. Ньютон предлагает три практики. Первая — помнить, что мы странники. Когда семьдесят учеников вернулись, радуясь, что бесы им повинуются, Иисус сказал: «однакож тому не радуйтесь, что духи вам повинуются, но радуйтесь тому, что имена ваши написаны на небесах» (Лк. 10:20). Мы постоянно указываем людям на небо, но размышляем ли сами о небе, жаждем ли увидеть Иисуса лицом к лицу? Сказано: «о горнем помышляйте, а не о земном» (Кол. 3:2). Это стоит сделать постоянной частью молитвы. Вторая практика — сохранять веру. Одни к концу служения становятся ворчливыми, другие циничными, но Павел, пройдя через огромные трудности, мог сказать: «Подвигом добрым я подвизался, течение совершил, веру сохранил» (2 Тим. 4:7). Пётр в конце послания, говоря о пришествии Христа, призывает не увлечься заблуждением беззаконников и не отпасть от своего утверждения, «но возрастайте в благодати и познании Господа нашего и Спасителя Иисуса Христа» (2 Пет. 3:18). Ньютон выводит отсюда четыре привычки: помнить о суде, избегать распущенности, твёрдо доверять Христу и повиноваться Ему, продолжать расти в благодати.

Третья практика — вернуться к корням. Никто не начинал жизнь пастором. Христос встретил нас спасающей благодатью, через крещение мы вошли в церковь, церковь взрастила нас и подтвердила призвание. Уйдя с должности, можно снова стать членом церкви, который любит и ободряет своих пасторов, молится за других членов и охотно служит, как годами призывал служить других. Может быть, именно так бывший пастор поможет взрастить и подтвердить молодого брата, который будет пасти, как пас он. Скучать по служению мы, вероятно, будем, но если научились смотреть на вечность, хранить веру и твёрдо ходить со Христом, то уход станет переходом, а не крушением. Пасторское служение не высшее. Гораздо слаще знать, что мы великие грешники с ещё более великим Спасителем.

Для наших церквей