Не делайте своего пастора частью печальной статистики

Табити Аньябвиле однажды в воскресенье проповедовал по тексту: «Достойно начальствующим пресвитерам должно оказывать сугубую честь, особенно тем, которые трудятся в слове и учении. Ибо Писание говорит: не заграждай рта у вола молотящего; и: трудящийся достоин награды своей. Обвинение на пресвитера не иначе принимай, как при двух или трех свидетелях. Согрешающих обличай перед всеми, чтобы и прочие страх имели» (1 Тим. 5:17–20). Он проповедовал этот отрывок общине, которая пять лет окружала его и его семью любовью и поддержкой, и чувствовал свободу: не нужно было опасаться непонимания, обличать людей или бороться с желанием жаловаться или заискивать, потому что «сугубую честь» им и так оказывали. Но он понимал, что многим его собратьям проповедовать такой текст было бы гораздо труднее.

Тревожная картина

Аньябвиле приводит данные опросов американских пасторов того времени. Подавляющее большинство пасторов, по их словам, работали по пятьдесят пять–семьдесят пять часов в неделю; многие чувствовали, что не справляются с требованиями, недостаточно подготовлены и что служение оказалось совсем не тем, чего они ждали. Большинство признавалось в постоянной борьбе с унынием и в том, что служение плохо сказалось на их семьях; большинство жён считали мужей перегруженными, а себя — недооценёнными членами церкви. Многие пасторы не имели близкого друга, часто переживали серьёзные конфликты с прихожанами, а значительная часть начинающих служителей уходила в первые годы. Главной причиной ухода называли нежелание людей идти туда, куда, по убеждению пастора, ведёт Бог. Лишь меньшинство пасторов говорили, что счастливы и спокойны в своей личности во Христе, в церкви и дома. Картина печальная: долгие часы, непосильные требования, малая плата, неподходящие навыки и ожидания, изнурённые семьи, уныние, отсутствие друзей, постоянные конфликты. Неудивительно, что многие уходят так рано.

Почему так происходит

Автор подозревает, что пасторы в таких условиях ещё сильнее пострадали бы, если бы честно проповедовали этот текст из Первого послания к Тимофею: их сочли бы корыстными, и недовольство только выросло бы. Поэтому он обращается не к пасторам, а к Божьему народу: задуматься о том, как церковь обращается со своими служителями, и устроить своего рода «заговор», чтобы верные пресвитеры получали сугубую честь от тех, кого учат и ведут. Такие цифры невозможны, если в общинах не стало привычным сплетничать и ворчать, вместо того чтобы проявлять благодать к руководителям. Они говорят о целой культуре неуважения и бесчестия по отношению к пасторам, и это стыд для церкви.

Апостол Павел просил: «уважать трудящихся у вас, и предстоятелей ваших в Господе, и вразумляющих вас, и почитать их преимущественно в любви за дело их; будьте в мире между собою» (1 Фес. 5:12–13). Сугубая честь включает и справедливое содержание — «трудящийся достоин награды своей», — и защиту от необоснованных обвинений, которые нельзя принимать без двух или трёх свидетелей. Но она шире денег: это молитва, доверие, ободрение, готовность следовать и прощать. Аньябвиле молится, чтобы слова Послания к Евреям не отвергались как дающие слишком много власти руководителям, а принимались членами церкви как путь к возрастанию во Христе и к большей радости Божьей семьи: «Повинуйтесь наставникам вашим и будьте покорны, ибо они неусыпно пекутся о душах ваших, как обязанные дать отчет; чтобы они делали это с радостью, а не воздыхая, ибо это для вас неполезно» (Евр. 13:17). Пастор, служащий с радостью, — благо прежде всего для самой общины.

Для наших церквей

Важно понимать, что сугубая честь не ставит пастора выше Писания и не освобождает его от ответственности: тот же отрывок требует обличать согрешающих пресвитеров перед всеми. Но честь и подотчётность не противоречат друг другу. Здоровая церковь одновременно благодарит своих служителей и ждёт от них верности, защищает их от сплетен и не закрывает глаза на настоящий грех. Там, где благодарность стала редкостью, а недовольство — привычкой, страдают не только пасторы, но и вся община, которая теряет радостных и усердных пастырей и привыкает к духу ропота, против которого предостерегает Писание (Флп. 2:14).

В славянских церквях пасторы часто служат без достаточного содержания, совмещая служение с работой, а критика звучит чаще благодарности. Табити призывает не пасторов требовать чести, а общины — сознательно её оказывать. Пресвитерам стоит учить этому не ради себя, а ради здоровья церкви, а членам — помнить, что от радости их пастырей зависит и их собственное благо.