Когда библейское богословие портит проповедь

Источник: Сэм Эмади, «Bad Biblical Theology Leads to Bad Sermons», 9Marks, 19 ноября 2018

Это не перевод, а самостоятельная статья с нашими пастырскими замечаниями и практическими шагами для поместной церкви. Права на оригинал принадлежат его автору.

Библейское богословие, то есть чтение Писания как единой истории, исполняющейся во Христе, стало большим благословением для многих церквей. Оно остановило волну нравоучительной проповеди и дало средства против учения о процветании. Сэм Эмади благодарен за это. Но он признаётся, что видел, а иногда и сам совершал ошибки, которые можно назвать плохим библейским богословием. Со временем они вредят здоровью церкви.

Первая ошибка: проповеди о Христе, которые никогда не требуют ничего от слушателей. Библия против морализма, но не против морали. Некоторые проповедники и студенты морщатся, когда слышат, как пастор перечисляет повеления, как это делает Павел: «Бодрствуйте, стойте в вере, будьте мужественны, тверды» (1 Кор. 16:13). Они боятся, что призывы к послушанию подменят Евангелие.

Желание подчеркнуть Евангелие как источник перемены похвально. Но проповедь должна содержать и призывы ответить на исполнение Писания во Христе. Закон, употреблённый законно, нужен в евангельской проповеди (1 Тим. 1:8). Если Христос — Царь из рода Давида, нужно звать людей преклонить перед Ним колени. Если Он Священник, звать довериться Его жертве. Если Он Пророк, подобный Моисею, повторять: Его слушайте.

Если Христос — исполнение храма, нужно учить, что Он излил Духа на церковь и ожидает от неё чистоты как от Божьего жилища. Каждое исполнение несёт в себе повеление. Проповедник, который показывает только исполнение и не говорит о повелении, лишает общину того, ради чего Бог открыл исполнение: веры, которая действует любовью.

Вторая ошибка: проповеди, в которых текст теряется в большой картине. Проповедник так увлечён связями между Заветами, что каждый отрывок превращается в одну и ту же проповедь о Христе. Конкретный смысл текста исчезает. Если через месяц члены церкви не помнят ни одного отличия между проповедями по разным главам, значит, библейское богословие заслонило изъяснение.

Хорошее библейское богословие начинается с текста. Сначала нужно понять, что этот отрывок говорит в своём контексте, какую роль он играет в книге, что хотел сказать автор первым слушателям. Только потом видно, как этот смысл развивается дальше и исполняется во Христе. Без первого шага связи становятся произвольными, а проповедь — однообразной.

Третья ошибка: надуманные прообразы. Увлечённые проповедники видят Христа в каждом предмете ветхозаветного рассказа: в каждой верёвке, в каждом дереве, в каждой цифре. Иногда связь действительно есть, и Новый Завет её подтверждает. Но часто она существует только в воображении проповедника. Это учит общину читать Библию как сборник загадок, а не как ясное слово.

Эмади советует проверять прообразы по самому Писанию. Действительно ли этот образ развивается в Библии? Есть ли намёки в самом Ветхом Завете или подтверждение в Новом? Связан ли он с большими темами: заветами, царством, храмом, жертвой? Если ответ отрицательный, лучше говорить о Христе иначе, через ход истории спасения, а не через случайную деталь.

Четвёртая ошибка: пренебрежение учением церкви. Иногда библейское богословие противопоставляют систематическому, как будто чтение истории делает ненужными точные определения Троицы, природы Христа или оправдания. Но плохое понимание этих учений неизбежно искажает и чтение истории. Библейское и систематическое богословие нуждаются друг в друге, и церковь нуждается в обоих.

Эмади пишет не для того, чтобы отвратить проповедников от библейского богословия. Наоборот, он хочет, чтобы оно стало лучше. Хорошее библейское богословие ведёт к проповеди, которая верна тексту, показывает Христа, призывает к вере и послушанию и учит общину читать Библию правильно. Плохое приводит к однообразным, отвлечённым и бесплодным проповедям.

Проповедник должен постоянно спрашивать себя: помог ли я сегодня людям понять этот конкретный текст? Увидели ли они Христа так, как Его показывает Писание? Знают ли они, как ответить? Эти три вопроса защищают и от морализма, и от безжизненной христоцентричности, которая говорит о Христе, но не зовёт за Ним.

Наш контекст

В славянских церквах исторически сильна аллегорическая традиция: в скинии, одеждах первосвященника и деталях ветхозаветных историй ищут символы Христа и церкви. Часть этих толкований верна, многие произвольны. Предупреждение Эмади о надуманных прообразах помогает пастору мягко показать общине, как читать Ветхий Завет ответственно.

Одновременно молодые служители, открывшие библейское богословие через переводную литературу, иногда отказываются от прямых призывов к святости, считая их законничеством. Это тоже перекос. Наша традиция всегда серьёзно относилась к освящению, и это правильно. Нужно лишь основывать призывы на Евангелии.

Для наших церквей

Практическое применение для пастырей сегодня

Каждое исполнение во Христе завершайте соответствующим призывом к вере и послушанию (Втор. 18:15).
Начинайте подготовку с собственного смысла текста в его книге, а потом идите к Христу.
Проверяйте прообразы Писанием: есть ли развитие темы в Библии или подтверждение в Новом Завете.
Сочетайте библейское богословие с ясным учением о Троице, Христе и оправдании.
После серии спросите нескольких членов церкви, чем различались проповеди, чтобы проверить ясность.

Источник: Сэм Эмади, «Bad Biblical Theology Leads to Bad Sermons», 9Marks, 19 ноября 2018

Полный перевод оригинала

Плохое библейское богословие ведет к плохим проповедямСэм Эмади · нажмите, чтобы открыть перевод

Значительная часть современного евангельского библейского богословия — дар церкви. Во многих церквях оно успешно остановило поток морализаторской проповеди и дало полезные богословские средства для борьбы с самыми вопиющими богословскими опасностями нашего времени, такими как евангелие процветания.

Но я был и свидетелем — и виновником — плохого библейского богословия. Со временем такое плохое библейское богословие подрывает здоровье общины, искажая весть Писания и задерживая рост церкви в познании Бога.

Всем нам — не только проповедникам — следует остерегаться плохого библейского богословия. Но как именно оно выглядит?

1. Плохое библейское богословие ведет к «христоцентричным» проповедям, которые никогда не предъявляют общине нравственных требований

Библия выступает против морализма, а не против нравственности. К сожалению, я слышал много проповедей, которые смешивают одно с другим. Мне даже приходилось общаться с проповедниками и студентами семинарии, которые слегка поморщились бы, услышав, как проповедник перечисляет своей общине повеления так, как это делает Павел в посланиях (ср. 1 Кор. 16:13–14).

Я ценю желание многих пасторов избегать «морализма» и подчеркивать Евангелие как движущую силу преображения в христианской жизни. Однако верно и то, что некоторым проповедникам — особенно молодым — нужно принять, что проповедь должна включать и уместные увещания общине откликнуться на кульминационное исполнение Ветхого Завета во Христе. Закон, употребляемый «законно» в евангельской проповеди (1 Тим. 1:8), и библеен, и необходим.

Например, проповедь о том, как Иисус исполняет завет с Давидом и восходит на престол Израиля, требует, чтобы мы призывали людей преклонить колени перед Иисусом-Царем. Проповедь о том, как Иисус исполняет служение священника, требует, чтобы мы призывали людей довериться Его жертве. Проповедь об Иисусе как о Пророке, подобном Моисею (Втор. 18:15а), требует, чтобы мы также говорили людям: «Его слушайте» (Втор. 18:15б). Проповедь об Иисусе как исполнении храма требует, чтобы мы также учили людей, что Христос излил Духа на Свою церковь и ожидает, что мы будем хранить чистоту Божьего жилища через верное ученичество и дисциплину. Проповедь об Иисусе как исполнении закона требует, чтобы мы также говорили людям: «не поклоняйтесь идолам, почитайте отца и мать, не смотрите порнографию, не крадите, не лгите, не завидуйте».

Кроме того, проповедь о том, как Иисус исполняет ветхозаветные прообразы, должна включать и то, как Мессия включает Свой народ в это исполнение. Я уходил со многих проповедей, мастерски показывавших, как Иисус исполнил тот или иной ветхозаветный прообраз, с мыслью: «Ух ты, какой удивительный Иисус! Жаль только, что ко мне Он не имеет никакого отношения!» Захватывает дух, когда открываешь, как каждая история Ветхого Завета шепчет имя Иисуса, — как каждое обетование, каждый человек и каждый образец в конечном счете исполняются в Нем.

Вместе с тем мы должны помнить, что мы тоже часть этой истории. Иисус — истинный и лучший храм, но Он дает ту же идентичность Своему народу (1 Кор. 3:16). Иисус — истинный и лучший Израиль, но тех, кто верует в Него, Он включает в общину нового Израиля (Гал. 6:16). Иисус восстает из мертвых, исполняя ветхозаветные прообразы воскресения (1 Кор. 15:1–3), но Его воскресение — начаток грядущего, ручающийся за наше будущее воскресение и дающий надежду, которая должна определять нашу повседневную жизнь (1 Кор. 15:58). Христоцентричная проповедь неизбежно экклезиологична: Он — Глава, мы — Тело.

Я одобряю проповедников, которые не хотят принизить в глазах общины Божью благодать, явленную в кресте и воскресении Христа. Испытав на себе морализаторскую проповедь, я не понаслышке знаю, какие духовные кризисы она порождает. Но полностью избегать повелительного наклонения — недальновидно и ошибочно. Я уверен, что расслабленный из Мк. 2 ничуть не утратил ощущения чуда благодати или упования на Христа, когда Господь повелел ему взять свою постель и идти домой.

2. Плохое библейское богословие ведет к проповедям, избегающим представлять библейских персонажей как положительные и отрицательные нравственные примеры

Возможно, вы слышали, как молодежные пасторы призывают вас «осмелиться быть Даниилом» или «бежать от сексуального искушения, как Иосиф». Возможно, вы слушали проповеди, побуждавшие вас «быть как» Авраам, Давид, Ионафан, Иосия, Павел или даже Иисус. На первом курсе семинарии я насмехался над таким «морализмом». Через несколько лет я перестал насмехаться. Да, мы должны подлинно проповедовать Иисуса из каждого текста, читая каждый отрывок в свете всего канона Писания и кульминации истории искупления во Христе. И да, персонажи Писания в конечном счете указывают за пределы самих себя — на Божью благодать в Его Сыне. Но новозаветные авторы в контексте основательного, христоцентричного библейского богословия не стесняются представлять ветхозаветных персонажей как нравственные образцы.

Иисус и апостолы регулярно призывают христиан «быть как» или «не быть как» ветхозаветные фигуры (ср. Евр. 12:16). Даже Павел говорит нам, что грешные поступки Израиля в пустыне «были образы для нас, чтобы мы не были похотливы на злое, как они были похотливы» (1 Кор. 10:6; ср. 10:11). Подобным образом Иаков побуждает верующих быть как пророки, Иов и Илия (Иак. 5:10–18).² Павел даже ставит в пример самого себя как того, кому коринфянам следует подражать (1 Кор. 11:1). Более того, многие притчи Иисуса повелевают слушателям подражать образцовым персонажам (Мф. 7:24–27). Рассказав о добром самарянине, Иисус повелел законнику: «иди, и ты поступай так же» (Лк. 10:37). Иными словами: «иди и будь как добрый самарянин».

Конечно, проповедь, которая использует библейских персонажей только как нравственные образцы, небиблейская. Но проповедь, которая не выводит никаких нравственных следствий из жизни библейских персонажей, точно так же небиблейская. Мы должны показывать, как каждая история достигает кульминации в последнем Божьем слове во Христе, и мы должны извлекать нравственные уроки из жизни библейских персонажей.

Безусловно, проповедь прежде всего должна быть нацелена на преображение сердца, но преображенные сердца все равно нужно учить соблюдать все, что повелел Иисус (Мф. 28:20). Нравственные образцы — один из самых сильных способов вдохновлять Божий народ на послушание. Кто не почувствует, как у него крепнет хребет, читая о Седрахе, Мисахе и Авденаго, стоящих во весь рост среди толпы коленопреклоненных идолопоклонников (Дан. 3)? Как сказал «богослов» Брюс Уэйн в фильме «Бэтмен: Начало», «людям нужны яркие примеры, чтобы вывести их из апатии».

3. Плохое библейское богословие ведет к проповедям, которые каждую неделю звучат одинаково

Некоторая искупительно-историческая проповедь может попасть в ловушку, говоря одно и то же неделя за неделей. Вместо того чтобы позволить очертаниям текста определять гомилетический план, некоторые проповедники позволяют своим библейско-богословским установкам диктовать структуру проповеди, и потому главная мысль каждой проповеди всегда оказывается одной и той же: «посмотрите, как Иисус исполнил такое-то ветхозаветное Х». Как заметил Дерек Томас, искупительно-историческая проповедь может «захватить дух», когда вы встречаете ее впервые, но если это единственный инструмент на вашем поясе, ваши проповеди скоро станут предсказуемыми. И снова, как отмечает Томас, искупительно-историческую проповедь часто можно охарактеризовать как обладающую «герменевтикой однообразия».¹

4. Плохое библейское богословие ведет к проповедям, настолько сосредоточенным на «общей картине», что они избегают экзегезы и работы с подробностями текста

Последняя проблема некоторой искупительно-исторической проповеди в том, что она не раскрывает собственно проповедуемый текст. Вместо того чтобы позволить экзегезе вести проповедь, многие проповедники, которых я слышал, просто определяют большую библейско-богословскую тему (храм, священник, царь, закон, суббота и т. д.), а затем проходят по метаповествованию Писания, сосредоточившись на этой теме. К сожалению, такой подход игнорирует самый основной вопрос проповеди: «что говорит текст?» В конечном счете наш библейско-богословский путь к Иисусу должен вырастать из экзегезы текста.

Заключение

Евангельской проповеди пошли на пользу лекции, статьи и книги, возродившие мысль о том, что каждая проповедь в конечном счете должна вести слушателей к отклику на свободную Божью благодать в Евангелии. Но ни одно прилагательное не подходит к проповеди лучше, чем «экспозиционная». Почему? Потому что верные проповеди излагают текст, а верное изложение учитывает литературный, исторический, заветный и в конечном счете канонический контекст текста.

Derek Thomas, “Expository Preaching” in Feed My Sheep: A Passionate Plea for Preaching (Lake Mary, FL: Reformation Trust, 2008), 42. ↩
Примечание переводчика: в оригинале — «Иак. 5:10–28», что является опечаткой (в главе 20 стихов); речь идет о пророках, Иове и Илии в Иак. 5:10–18. ↩

Перевод публикуется с разрешения 9Marks. Оригинал: «Bad Biblical Theology Leads to Bad Sermons»

← Все статьи